Содрогаясь всем телом, я, словно тюлень, плюхаюсь на подоконник, но тут теряю равновесие, и падаю вниз головой на нечто похожее на пушистый ковёр.
Застонав от того, что, вне всяких сомнений, является ковровым ожогом, я ползу дальше в темноту комнаты, шаря по полу в поисках какой-нибудь мебели. Мои пальцы натыкаются на что-то твердое, я провожу рукой по гладкой поверхности и нащупываю цепочку ночника. Один щелчок, и комната озаряется светом.
Маленькая и простая, она кажется очень подходящей для Дэймона, однако в ней нет ни одной его вещи. И при мысли о том, что я могла ошибиться домом, меня прошибает озноб. Выпрямившись, я осторожно выхожу из комнаты, ловя глазами любое движение, прислушиваясь к малейшему постороннему шуму. Где-то сзади раздается щелчок и мурашками пробегает у меня по спине. Я останавливаюсь и поворачиваюсь к комнате, из которой только что вышла.
Услышав чьи-то голоса, я в ужасе распахиваю глаза и ищу, где-бы спрятаться. Укрывшись в расположенной напротив ванной комнате, я наблюдаю за выходящими из спальни незнакомцами.
«Какого черта…»
Неужели все они влезли в окно, как я?
Я точно ошиблась домом. Вот дерьмо.
—¡Silencio! El padre está dormido. («Тише! Священник спит.» (Исп.) — Прим. пер.)
Мальчик лет четырнадцати-пятнадцати ведет по коридору небольшую группу мужчин, женщин и детей. Все они сжимают в руках сумки и личные вещи, которые шуршат и издают жуткий шум.
Я понятия не имею, что он сказал, но уловила слово «el padre», которое, как мне известно, означает «отец». То есть отец Дэймон?
Пригнувшись, я выглядываю из-за угла и вижу, как группа останавливается у двери в другую комнату. Присев, я иду следом за ними и замечаю, что они оставили дверь слегка приоткрытой — вполне достаточно, чтобы я могла заглянуть внутрь.
Мальчик встает перед книжной полкой, вынимает оттуда одну книгу, и стена отодвигается в сторону.
Вся стена.
Прямо как в фильме про Джеймса Бонда или типа того.
Мальчик загоняет группу людей в образовавшийся в стене темный проход, и я задаюсь вопросом, не снится ли мне это. Может, я упала на улице с кресла и ударилась головой?
Как только все они оказываются внутри, мальчик снова говорит что-то по-испански, но единственное, что я понимаю, это «mañana»: «завтра».
Завтра что-то произойдёт.
Вернувшись в свое укрытие, я, еле дыша, смотрю, как мальчик возвращается в спальню и исчезает с другой стороны кровати.
Словно он шагнул в параллельную вселенную или типа того.
Мысленно посчитав до тридцати, я даю парню несколько секунд, чтобы убежать, а затем прокрадываюсь в комнату и вижу, как дверь тумбочки захлопывается, и снова все стихает. Если не считать пары оставшихся на ковре пятен грязи, нет практически никаких свидетельств того, что через эту комнату только что прошла дюжина людей.
Спустя несколько секунд я подползаю к тумбочке и, открыв ее, вижу зияющую в ней дыру с лестницей.
Ни хрена себе. Туннель, который и впрямь похож на портал в другой мир.
Незаконный ввоз мигрантов прямо здесь, в этом доме.
Заглянув в дыру, я пытаюсь разглядеть, что там внизу, и провожу рукой по гладким, холодным земляным стенам.
— Айви?
При звуке знакомого голоса я вскрикиваю и, упав на задницу, устремляю взгляд на Дэймона.
— Что ты здесь делаешь?
Прижав палец к губам, я велю ему замолчать и машу рукой в сторону комнаты с книжной полкой.
— Целая группа. Семьи: мужчины, женщины, дети. Они вылезли из той дыры в тумбочке, и он привел их сюда, в эту комнату.
— Кто? Кто он?
— Мальчик. Лет пятнадцати, не больше. В общем, он достал с полки одну книгу, и вся чертова стена тут же сдвинулась!
— Ты это видела?
— Да! Своими собственными глазами! Вся. Чертова. Стена!
— Какую книгу?
— Вон ту, красную. Но не трогай её! А что если они настроены враждебно?
— Это мое личное пространство. Если здесь кто-то есть, я хочу об этом знать.
— Я думала, ты знаешь! Парень прошептал что-то об el padre. Все остальное было по-испански, поэтому я ничего больше не разобрала.
— Это все, что ты узнала?
— Он сказал что-то о завтрашнем дне.
Не успеваю я его остановить, как Дэймон пересекает комнату, а я жду у двери, словно трусливый заяц. Он вытаскивает красную книгу, и стена приходит в движение.
В открывшемся проходе темно. Дэймон заглядывает внутрь, затем с хмурым видом поворачивается ко мне, и я понимаю, что за стеной пусто. Я подхожу к нему и смотрю в углубление.