Марк представил себе состояние отца. Ему, наверное, так же тяжело, как и одиннадцать лет назад, когда он должен был, спасая его, оставить маму. Но все же Бог дал ему силы выжить и привел их сюда.
— Он справится, — Марк успокаивал ее и в то же время себя. — Все будет хорошо, он знает, что делать.
После этого разговора каждый задумался о своем. Вдруг собака подняла голову, встала,
прислушиваясь к чему-то, и тихо зарычала. Пол первым заметил ее беспокойство. И тут его внимание привлекли странные тени. Он с ужасом смотрел, как тени, меняя форму, приближаются. Почти одновременно Пол почувствовал совершенно незнакомый запах, который раньше всех учуяла собака.
Донеслись непонятные шаркающие шаги, с полки упала книга. Почти в ту же секунду Саатчи оказалась рядом с Полом, сжалась в комок и тоже стала всматриваться в темноту. В этот момент ее губы что-то беззвучно шептали. Она казалась напуганной, как маленький ребенок, оставшийся один в темной комнате.
Пол постарался отогнать от себя мысль, что в этой мертвой зоне есть кто-то живой и что этот «кто-то» следит за ними.
Напряжение достигло предела, когда Феникс сделал прыжок вперед, разбросав передними лапами баррикаду. Саатчи вскрикнула и бросилась следом за ним, но запнулась и упала. Пол схватил ее и крепко прижал к земле. Саатчи вырывалась, но Пол не отпускал. Иначе было нельзя: он не мог лишиться еще одной участницы операции. Какое-то время они слышали рычание собаки, но после тупого удара оно прекратилось. С улицы раздались непонятные звуки, будто кто-то неуклюжий уходил прочь. Потом все стихло, но Феникс не возвращался.
Пол отпустил Саатчи, и она побежала к выходу. Споткнувшись обо что-то тяжелое, она упала, но не обратила внимания на боль. Только одно волновало ее: что с Фениксом? Марк с отцом наблюдали, как она подошла к окну и внимательно осматривала его, светя фонариком.
Потом Саатчи села на корточки и стала что-то разглядывать на полу. Марк подошел к ней и почти сразу понял, что это кровь, хотя липкая на ощупь жидкость поначалу показалась ему обыкновенным красным пятнышком.
— Кровь только здесь? — спросил он, не веря во внезапное исчезновение собаки.
— Есть еще немного там. — Она указала в сторону окна. — Одно или два пятна. Да еще несколько застоявшихся грязных лужиц, оставшихся с незапамятных времен. Марк, давай дождемся рассвета, я боюсь выходить на улицу.
— Не понимаю, что произошло, — сказал Марк, выключая фонарик. — Кто это был и что они здесь делали?
— Наверное, искали нас, — сказала тихо Саатчи, — а нашли моего Феникса. — Она едва сдерживала слезы. — Если бы не Гия, я бы считала свое возвращение сюда самой большой глупостью, которую я когда-либо сделала. Но мне нужно найти брата.
Марку захотелось утешить ее. Он взял девушку за руку и стал стирать кровь с ее пальцев. Саатчи дрожала и изредка всхлипывала.
— Мы найдем его, — успокоил он, — и Феникса тоже.
— Я могла бы его остановить.
— Может быть… Папа лишь хотел уберечь тебя, — осмелился сказать Марк.
— Конечно, он хотел как лучше, — согласилась Саатчи и, выключив фонарик, отвернулась к окну.
— Светает, — тихо сказала она и заглянула Марку в глаза. — Знаешь, я совсем не представляю, как Бог поможет нам выбраться отсюда.
глава 11
Ночной туман рассеивался, уступая место хмурому, серому утру. Пол, Марк и Саатчи встречали его без особой радости. Их грязная одежда пропахла потом, лица были помяты, а воспаленные от бессонной ночи глаза болели и чесались.
Позавтракав в молчании и без особого аппетита, Пол сказал:
— В первую очередь нам нужно узнать, что случилось с Таней. Жива она или ранена? А может, ее схватили? Поэтому я хочу найти ее машину. Наши дальнейшие действия будут зависеть от того, что я узнаю.
Видя, что Марк и Саатчи не возражают, он продолжал:
— Затем нам нужно выяснить, сможет ли Саатчи найти дорогу к лагерю «Омега». Удобнее всего сориентироваться из здания с башней на противоположной стороне улицы. Ждите меня там, пока я не закончу свое дело. Вещевой мешок лучше возьмите с собой. — Он помолчал. — Вопросы есть?
— Как долго нам тебя ждать? — спросила Саатчи.
— Мне нужен час. Если я встречу нашего «друга», то обсужу с ним кое-какие дела, — ответил Пол. — Через час я вернусь назад.