Я поддалась стокгольмскому синдрому? Всего одно слово...одна мольба о помощи...и Фей, и Талия могли бы вытащить меня из этого кошмара. Я бы ушла от Джереми навсегда. Они привели бы меня в полицию, где бы я призналась во всем, что он сделал. Я бы описала каждую деталь его дома, его имущества, как он обращался со мной. Я бы рассказала им правду. И у них не было бы выбора, как поверить мне. Джереми бы арестовали. Его власти пришел бы конец. Его бы посадили...
Нет. Нет, его бы не посадили. Он бы нанял лучших адвокатов в стране. Мое слово против слова самого влиятельного бизнесмена в стране.
У меня не было бы ни малейшего шанса. Меня бы разгромили прямо в зале суда. Какого адвоката я могла бы себе позволить? Кого-то вроде себя, только что окончившего колледж? Это было бы смешно.
И какие доказательства я смогла бы представить? В руках Джереми сосредоточена вся власть. У него все козыри на руках. Я смогла бы лишь сказать о контракте, который он заставил меня подписать. Но смогла бы я предоставить им его копию? Нет. Я могла бы рассказать об ошейнике. Но смогла бы я показать его им? Нет. У меня даже нет ни шрамов, ни следов моего заключения.
Нет. Если я что-нибудь скажу сейчас...всё может закончиться катастрофой. Единственное, чего бы я хотела обязательно сделать, так это вызвать гнев Джереми. Он захотел бы вернуть меня. Он был бы беспощаден. И что он сделает? Я с содроганием думаю о том, что он сделает со мной потом.
Так что у меня не остается выбора, как продолжать играть свою роль. Черт, я знаю, что он сделал с Полом.
Нет! Я не могу сейчас сомневаться. Убегать - это не то, чего я хочу или в чем нуждаюсь. Просить о помощи - удел труса. Это не Стокгольмский синдром. Это я таким образом иду к своей цели. Ставки высоки. Моя жизнь может оказаться на грани.
Но моя жизнь уже крутится вокруг Джереми Стоунхарта. Так и будет всё продолжаться, пока не наступит момент, когда я смогу нанести ему удар. И я сделаю это на своих условиях, учитывая свои возможности. Я не буду полагаться на кого-то другого. Полицейские, адвокаты, судьи, зал суда... всё, чтобы привлечь других людей в осуществлении правосудия. Не это мне нужно. Единственный способ уладить дело между мной и Джереми находится на личном уровне. И единственный человек, который может знать, когда справедливость восторжествовала - это я.
Испытывая дискомфорт, я всё же улыбаюсь.
- Да, - говорю я. - Да. Спасибо за понимание, Фей.
- Эй, так поступают друзья, не так ли? Но теперь, когда мы снова встретились, и ты знаешь, что я о тебе не забываю, ты должна мне кое-что пообещать. Хорошо? Помнишь, прежде чем уехать в Калифорнию, я заставила тебя поклясться, что я буду первым человеком, которому ты позвонишь, когда всё будет плохо? Теперь же я хочу внести изменения. Ты будешь звонить мне по крайней мере раз в неделю, Лилли Райдер. Неважно по какому поводу. Ты поняла?
Я смотрю на Джереми, ожидая его разрешения. Он слегка наклоняет голову. Его губы плотно сжаты.
- Хорошо, хорошо, - не дождавшись моего ответа, говорит Фей. - Раз в неделю может быть слишком. Ведь я знаю, как ты занята. Но, по крайней мере, один раз в месяц. Ладно? И напиши мне, когда ты сможешь! Так, по крайней мере, я не буду удивляться, жива ты или нет.
- Хорошо, - улыбаюсь я. - Конечно, Фей, я так и сделаю.
Она достает свой телефон и протягивает его мне.
- Напиши свой новый номер, - командует она.
Я начинаю дрожать. У меня нет номера, и если я что-нибудь сделаю на телефоне без разрешения Джереми, его подозрения только увеличатся. Меморандум о новостях из внешнего мира до сих пор не снят.
Но тут Джереми протягивает руку и забирает у меня телефон.
- Я подарил Лилли новый телефон с международным тарифным планом, - говорит он. - Когда мы приехали сюда прошлым вечером. У нее не было возможности запомнить номер. Так ведь, Лилли?
- О. Нет, - говорю я. - Я понятия не имею, какой у меня номер телефона. Телефон так и остался лежать в коробке.
Фей и её мать обмениваются странным взглядом.
- К счастью, он есть у меня в контактах, - продолжает Джереми.
Он достает свой телефон, переносит номер с одного экрана на другой и передает обратно Фей.
- Спасибо, - говорит она, щуря глаза на меня в негласном допросе.
Я улыбаюсь ей и пожимаю плечами.
Ну это было не так уж подозрительно, думаю я.
Я замечаю обручальное кольцо у нее на пальце. Я была так занята, думая о том, как мне лучше предстать перед ней, что забыла про Робина!
- Где твой жених? - ляпаю я.
- О, - хихикает Фей. - Робин не смог приехать с нами. Он получил предложение о работе от "The Economist" на следующий год. Я так счастлива за него.