- Хм, - уставившись на деньги, проговорила консьержка. - А где вы работаете?
- Я удовлетворю ваше праздное любопытство, хотя во Франции этот вопрос был бы весьма не корректен, так как, впрочем, и в Англии не любят задавать вопросы по поводу: «Сколько вы зарабатываете?» и «Сколько стоит ваша квартира?»
- Ой, простите, - осеклась консьержка виновато, и пристыженным взглядом посмотрела на Елену.
- Да нет, я не обижаюсь, потому что я тоже русская и поэтому прекрасно понимаю менталитет нашей страны. Я работаю в модельном агентстве «Латуаль». Оно очень известно своими креативными идеями в выборе одежды и аксессуаров. Видя, что консьержку не удовлетворил её ответ, и она всё-таки хочет узнать, сколько она зарабатывает, усмехнувшись про себя она сказала:
- А зарабатываю я около семисот тысяч в год, - а потом пояснила, - долларов. Так я могу идти? - спросила Елена.
- Да, - очнувшись от шока, сказала консьержка и, быстро подлетев к шкафчику и взяла ключи, она так же быстро подала их Елене.
- Благодарю, - и, сделав реверанс, пошла наверх.
В этом доме лифт то и дело зависал, и поэтому, зная это, Елена решила пройтись пешком. Но добиралась она также не без происшествий. На втором этаже её чуть не облили: снизу шла старушка, которая наверх несла полное ведро с водой.
- Бабушка, так вы бы на лифте поднялись, - сказала ей Елена, когда та, поравнявшись с ней, выплеснула почти полведра воды ей на полуботинки.
- Да я уж и так дойду деточка, - проговорила старушка, без каких-либо дефектов. - А то лифт всё время зависает, - пыхтя, как паровоз поднималась дальше старушка. - А я живу на четвёртом, поэтому как-нибудь дойду, - остановилась, чтобы отдышаться, - проговорила она.
- А что воды в доме нет? - ради любопытства спросила Елена.
- Да её раз в неделю выключают, а я хитро сделала, - пыхтя и через каждый шаг останавливаясь, говорила она, тем самым задерживая Елену, и хотя у неё в руках были две тяжёлые сумки, и она также еле-еле тащила их наверх. В очередной раз, когда старушка остановилась и поставила ведро на ступеньку, живо подхватила его и понесла. - Я холодную воду ношу из колонки, мне её Дмитрий Фоклович даёт и плату даже не берёт, - скороговоркой сказала старушка.
- А вы в какой квартире живёте? - спросила Елена, неся ведро, которое было не очень тяжёлое по сравнению с сумками, в которые мама положила ей столько всего, что она еле их поднимала.
- Я, деточка, живу в сорок шестой квартире одна, иногда приезжает зять с моей дочкой и внучкой, но это бывает крайне редко.
- Так как же вы одна управляетесь? - спросила Елена.
- А так потихоньку и управляюсь.
- Ну, всё, бабушка, - ставя ведро на ступеньку проговорила Елена, - мне выше на один этаж.
- Эх, запамятовала представиться, - сказала старушка, вдруг вспомнив, что они не познакомились, - меня зовут Клавдией Ефимовной.
- А меня Еленой Морозовой, - одарила Елена нежной улыбкой старушку, и увидела, что у неё голубые цвета васильков глаза, которые в первый раз она не заметила.
- Так ты дочка Натальи Морозовой?! - просияв, воскликнула старушка.
- А вы откуда знаете?
- Да как не знать, всю жизнь живу тут, и всех в этом доме знаю, - улыбнулась старушка, показав белые и ровные зубы, как у молодой девушки, и тут же, открыв дверь, она быстро подхватила ведро, вошла в квартиру, и не прошло минуты, выглянула снова, но уже без ведра, но с каким-то предметом, обёрнутым в чёрную ткань.
- Это твоё, все эти пятнадцать лет я хранила её у себя.
Елена отогнула ткань и увидела на ней шкатулку: на её крышке было изображено небо с тремя красивыми золотыми бабочками, которые девочки считали символом дружбы, а внутри этой шкатулки крутилась девочка - балерина в голубом платье. Эта шкатулка, которую подарили ей на день рождения Катя и Люда, стояла на телевизоре - пока она могла производить музыку - но когда она ненароком её столкнула, протирая пыль, она перестала играть и родители хотели её выкинуть, но Елена настояла на том, чтобы её оставили и забрала её к себе в комнату, потом долгое время таскала её на крышу. Елена посмотрела на эту шкатулку и вспомнила ту глупую затею, которую они впоследствии реализовали. И от этой мысли её сердце сжалось, причинив нестерпимую боль. А эта идея, которую никто не знал, ни одна живая душа, кроме трёх девочек, состояла в следующем: как-то Катя засмотрелась на крышку шкатулки и произнесла: «Девчонки, а вы верите в реинкарнацию? Это когда душа человека после смерти переселяется в другое тело». Все девочки тогда удивились и не могли ничего сказать, а Катя продолжала: «Говорят, что души самых смелых превращаются в прекрасных золотых бабочек». Елена вспомнила, что у всех девочек тогда загорелись глаза, каждая из них смотрела на крышку, думая о бабочках. Мысли Людмилы были настолько прекрасны, что она иногда их произносила вслух: «Бабочки - нежные и хрупкие создания. Они вольнее всех птиц на земле. Они прекрасны, как цветы, на которые они садятся. Они могут полететь на разные континенты, перелетать океаны. Они питаются сладким и вкусным нектаром. Жизнь их прекрасна». А Елена думала так: «Им не нужно будет ходить в школу», и на этом её хорошие доводы по поводу - как приятно быть бабочками - заканчивались. А однажды Екатерина сказала: «Я придумала, какой смелый поступок можно совершить, и у нас тем более, подходящее положение, - прыгнуть с крыши». На это предложение Люда с Еленой немного ужаснулись, но Катя их успокоила и сказала: «Кому суждено утонуть, тот не сгорит». И их решимость настолько стала большой, что Екатерина взяла Люду за руку, а Елена за руку Люду, и втроём они прыгнули с крыши, но в воздухе Елена отпустила руку Людмилы и, крутанувшись один раз в воздухе, упала на газон, это её и спасло, потому что две девочки разбились насмерть об асфальт. Вспомнив этот инцидент, она ещё раз посмотрела на шкатулку и сказала глухим, как из трубы голосом: