– Она отдала меня кормилице, я был с ней до пяти лет. Затем мать посадила меня в клетку. Мою няню она обратила в вампира, а меня заставила смотреть. Мать провела следующие пятнадцать лет, мучая меня, истязая людей и демонов у меня на глазах. Когда мне исполнилось двадцать, я прошел первый из двух циклов созревания. Мне нужен был секс или я бы умер. Моя мать кинула ко мне в клетку проститутку... Я сходил с ума от нужды... – Его голос дрогнул, но он все же поднял голову, чтобы посмотреть на нее пронизывающим взглядом. – Я взял ее, и я не стал дожидаться ее согласия.
– О, Господи.
– Я предупреждал тебя.
Да, он предупреждал, но ей нужно было услышать больше.
– Продолжай. – Когда он заколебался, Серена положила руку ему на колено, ей безумно хотелось его утешить. – Что было потом?
– Проститутка просто выполняла свою работу, ведь так? – Голос его был глухим. Безжизненным. – Вот так я всегда оправдывал то, что сделал. Иногда эта ложь срабатывает. – Что–то мелькнуло на его лице. Отвращение, подумала она, но затем он снова опустил голову, и она не могла больше видеть выражения его лица.
– В следующий раз мать подсунула мне женщину, я отказался взять ее, даже зная, что могу умереть. Моя мать пытала эту девушку у меня на глазах в течение нескольких часов, пока та, в конце концов, не истекла кровью. В следующий раз женщину привели ко мне в клетку, и я сделал то, что мне было нужно, но к тому времени я научился использовать свой дар. Она думала, что находится на пляже со своим парнем.
– Какой дар?
– Я могу проникнуть в разум, читать мысли, заставить людей поверить в несуществующие вещи. Я могу заставить их видеть ночные кошмары. – Он поднял голову, и в его глазах читался вызов, как будто он ожидал, что она разозлиться на него. И он хотел этого. – Или сны.
Она резко вздохнула. – У меня были сны. О тебе...это ты.
– Первый. Остальные были все твои.
Её руку покалывало от желания дать ему пощечину, но она не собиралась доставлять ему удовольствия. Вместо этого, она тихо сказала: – Ты ублюдок.
Он запустил руки в волосы и поставил локти на колени.
– Я демон, Серена. Это то, что я есть.
Она понимала, что это правда, но лучше от этого не становилось. И виной тому служила вера в обратное, вера в то, что он не просто демон, а нечто гораздо большее…
– Так что же случилось? После того как ты научился использовать свой дар?
– Моя мать потеряла ко мне интерес. Однажды она пришла в мою клетку, чтобы убить меня. Вместо этого я убил ее. И сбежал. Бежал, пока ее клан не догнал меня в Чикаго. Они связали меня на складе и пытали, черт возьми, два дня. Может быть, больше. Я не знаю. После первого дня, они выкололи мне глаза.
Ох... Мой Бог. Иосиф и Святые угодники!
Черные пятна поплыли у нее перед глазами, Серена почувствовала, что падает. Фантом подхватил ее, а она была слишком слаба, чтобы сопротивляться. И, кроме того, ей было так хорошо снова оказаться в его объятьях. Ее тело предало само себя, так, что когда он опустил ее на кровать, девушка прильнула к нему и потянула к себе, предлагая лечь рядом.
– Я не думаю, что хочу слушать дальше, – сказала она дрожащим голосом. – Но как же... как же ты выжил?
– Мои братья нашли меня. – Он с любовью гладил ее волосы, будто утешая ребенка. – Они убили всех вампиров, но оставили одного в живых, чтобы вернуть мне мое зрение.
Она чуть не спросила, почему они не использовали мертвого вампира как донора глаз, но вдруг поняла (вот дурочка!!!), они имели склонность сгорать дотла, когда их убивали.
– А потом?
– Я отправился с ними в Нью–Йорк, где провел следующие несколько десятилетий, впустую прожигая свою жизнь. Я был бесполезен. Жил как крыса в канализации, поедая пьяниц и наркоманов, губя себя всеми возможными способами. А потом Риз и Тень основали больницу. Я не хотел учиться спасать жизни, но они не оставили мне выбора. Они научили меня читать и писать. Прочистили мне мозги. По большей части…
– Господи... боже мой.
"Его жизнь была настоящим кошмарам".
Он фыркнул.
– Господь оставил меня давным–давно. – Схватив ее за руку, он тихонько ее сжал. – Послушай, Серена, по человеческим меркам, я подонок. Дьявол, даже по некоторым демонским меркам, и я такой и есть. Я всегда был эгоистом, никогда ни о ком и ни о чем не заботился кроме себя. Я знал, к чему приведет потеря тобой чар, и если бы я мог вернуть их назад, я бы так и сделал. Я знаю, что ты не поверишь мне, но... я…Я люблю тебя.
Ее глаза защипало, и ее глупое сердце пропустило несколько ударов, Серена поверила ему.