– Я больше не пью.
Потянувшись к дверце холодильника, она замерла на несколько секунд.
– О. Ладно.
Она тоже не пила. Не много, в любом случае, она думала, Кинан знал об этом, поскольку он рассматривал её татуировки, обвивающие запястья, лодыжки и шею. Магические рисунки не позволяли её демонической половине проявиться, когда она была в ярости или расстроена, но алкоголь ослаблял способность контролировать внутреннего демона, и сводил на нет силу тату.
Вздохнув, Джем медленно развернулась. Кинан уперся бедром в стол и скрестил ноги в лодыжках. Лишь на секунду она позволила своим глазам опуститься на его узкие бедра, длинные мускулистые ноги, но, тряхнув головой, чтобы сосредоточиться, спокойно сказала:
– Итак, ты расскажешь, почему ушел с Армией в тот день?
– Разговора о пустяках не будет, да?
– В них нет смысла.
Кинан глубоко вздохнул и посмотрел в потолок.
– Помнишь, как я сказал тебе, что мне нужно было снова найти себя?
Она кивнула.
– Перед тем, как твои приятели из Армии ворвались, ты говорил, что собираешься вернуться в Эгиду.
– Таков был план, но Армия хотела вернуть меня. Они думали, будто я часть какого–то пророчества.
– Тэйла что–то говорила об этом, – она фыркнула. – Ты знаешь, насколько мифически пророчества? И как часто они не сбываются?
– Да. Знаю. Я хотел узнать, почему они так думают, и причастен ли я к этому, и реальна ли вся эта фигня о падшем ангеле.
– О падшем ангеле?
Он встретился с ней взглядом.
– Вероятно, на моем семейном древе уселся падший ангел. Это было давным–давно. Возможно, в Библейские времена.
«Ну, это было уже круто».
– Значит, Армия думает, что это важно?
– За этим они и хотели меня вернуть. На самом деле Армия не оставила мне выбора
.– Ой, да ладно, – усмехнулась Джем. – Ты бы в любом случае пошёл. Ты и твой комплекс героя. – Это была неприятная тема для разговора, но он просто сунул руки в карманы джинсов и кивнул.
– Я заслужил это.
– Больше, чем заслужил. – За то, что проверял ее выдержку на прочность. – Как ты мог так со мной поступить? Я имею в виду, я понимаю, почему ты ушел, но как ты мог сначала сказать, что хочешь меня, а затем уйти, прислав прощальное сообщение через Руну? Ты что, не мог отослать его сам? Это был довольно трусливый поступок?
– Поступок, который толкнул тебя прямиком в объятия другого парня, – отрезал Ки.
– Ты хотел этого... почему?
Внезапно Кинан оказался перед ней, упираясь руками в кухонную столешницу позади нее, зажимая ее между его телом, руками и столом.
– Я был в ужасном месте. Я чертовски тосковал по тебе, и я решил, если ты будешь двигаться дальше, я смогу сосредоточиться на деле. Но мне следовало знать себя лучше, ну не мог я думать ни о чём, кроме тебя. – Что бы придать особое значение своим словам, он медленно крутанул бедрами, вжимаясь ей в живот. – Мысль о том, что ты будешь заниматься сексом с другим, убивала меня.
– Ладно. – Она наклонила голову и посмотрела на него. – Ты сделал мне больно.
Кинан наклонился к её губам.
– Мне жаль, – сказал он ей в губы, исходящий от него жар прошелся по телу, прямиком к лону. – Мне очень жаль.
Он поцеловал ее, чуть неуверенно, но Джем не ответила на его поцелуй. До тех пор, пока он не провел языком по ее нижней губе, прижимаясь бедрами, заставляя задыхаться и раскрываться для него. В тот же момент он проник в ее рот горячим, влажным движением языка, заставляя ответить.
Кровь стала медленно закипать в ее венах, заставляя расслабиться, Кинан провел губами по подбородку девушки и вниз по шее, она откинула голову, тая в его объятиях.
– Еще? – Прошептал он ей в шею.
Все, что Джем смогла сказать, было приглушённым, – Ммм – хмм.
У Джем перехватило дыхание, когда он подхватил ее под попку и повернулся, чтобы посадить на стол между тарелками и подсвечниками.
Он грубо задрал ее юбку до талии и расстегнул свои джинсы, но не снял их, а принялся сосредоточенно снимать с неё трусики. Они порвались, зацепившись за ботинок, но ей было плевать. Кинан заставлял ее забыть обо всем, кроме его касаний.
Нуждаясь в более тесном контакте, Джем схватила его за плечи, но он поймал оба ее запястья своей большой рукой и вытянул их над головой. Он опустил руку ей на талию и прогнул ее спину, одновременно ведя губами по шее, в то место, где на груди распахнулась блузка. Джем медленно опустилась на стол.
Кинан посмотрел на неё с животной страстью. Горящие свечи отражались в его глазах.