Первое, что она увидела, когда открыла глаза, был Джош, сидящий в кресле возле ее кровати, спрятав лицо в ладонях.
– Джош?
Он резко вскинул голову, а через секунду уже стоял на коленях рядом с ней.
– Серена. Как ты себя чувствуешь?
– Что... что случилось? Где я?
– Ты в комнате, в отеле. Я притушил свет, чтобы ты могла отдохнуть. – Он осторожно коснулся ее лица. – Ты в порядке? Голова не болит?
– Такое чувство, что меня ударили кувалдой по голове. Я не чувствовала себя так, с тех пор... – Она заставила себя замолчать, не желая рассказывать ему о своих детских страданиях. Все это было очень странно. Что происходило с её чарами? Застонав, она попыталась приподняться, но Джош быстро взбил подушки у нее за спиной и подтолкнул ее обратно.
– Тебе нужно отдохнуть. Из–за удара по голове, у тебя, возможно, сотрясение.
– Этого не может быть, – возразила она, хотя глупо было отрицать очевидное, ясное дело, что–то случилось.
– Почему нет?
– Я думаю,… просто не помню. – Это была не ложь, она действительно понятия не имела, как была ранена.
– Ты ничего не помнишь? – спросил Фантом, и ей показалось, что это прозвучало с долей облегчения в его голосе. Закрыв глаза, она позволила себе дрейфовать к тем последним моментам, что застряли у нее в голове.
– Мы были на Филе. Там было очень шумно. – Боль, начавшаяся у неё между глаз, как визжащий звон проносилась сквозь воспоминания. – Демоны напали на нас. – Ее сердце заколотилось, будто она все еще была там. Джош схватил ее за руку.
– Я здесь. Теперь ты в безопасности. – Но когда Серена открыла глаза и увидела, взгляд Джоша наполненный яростью, то поняла, что все совсем не так. Воспоминания нахлынули на неё: Джош, прокладывающий себе путь сквозь тварей, как мачете сквозь высокую траву, и хотя на острове хватало опасностей, Джош был самым опасным из всех. Она вздрогнула и отдернула руку прочь.
– Вообще–то, нет, – отрезала она, не зная, имела ли в виду Джоша или тот факт, что уже дважды пострадала и может пострадать снова. Её могли даже убить.
Осколки воспоминаний о матери и ее изломанном теле в морге заставили её горло сжаться. Она сбежала от Вала, чтобы увидеть свою мать в последний раз, разум девятилетнего ребенка был не в состоянии понять, что подразумевалось под словом "смерть", пока она не увидела тело мамы.
Джош провел рукой по своему лицу, рукой, которой только что прикасался к ней, ухаживал за ней. Внезапно Серена почувствовала себя неловко, от того, что огрызалась на него, в то время как он всего лишь пытался защитить ее.
– Мне очень жаль, – пробормотала она. – Для меня в новинку, быть больной. Наверно, я не очень хороший пациент.
– Я тоже. – Он продолжал устало потирать глаза руками.
– С тобой всё в порядке? Выглядишь не совсем здоровым.
– Узнал плохие новости от моих братьев. Ничего такого, о чем ты должна беспокоиться. – Он поднялся с кресла и стал расхаживать по комнате. – Итак, что последнее ты помнишь после того, как была ранена?
Серена села, морщась от пульсирующей боли в голове.
– Немного. У меня в глазах все потемнело. – Она нахмурилась. – Ты отвёз меня в больницу?
Джош обернулся, чтобы посмотреть на нее. Казалось, в темноте его глаза пылали сверхъестественным светом.
– Нет. С чего ты взяла?
– Я не знаю... у меня были странные сны. Мне снилось, что я была в какой–то жуткой больнице. Там было темно, а на стенах виднелись странные надписи. – Она вздрогнула. – И цепи, свисающие с потолка.
– Наверно от удара, в твоей голове всё перепуталось, – сказал он. – Я принёс тебя сразу сюда, а не в больницу.
Серена опять вздрогнула. Слишком много времени ребенком она провела в больницах, за что и ненавидела их. Все, напоминающие о больницах… запахи, звуки, вызывали у неё дрожь по всему телу. Неудивительно, что в ее сне больница превратилась в место пыток и ужаса.
– Хотя не все было плохо. Сразу после этого, мне приснилось, что я была на пляже. И это странно, потому что я никогда не была на настоящем пляже.
– Я запомню это, – пробормотал Джош.
– Итак, как же меня ранили?
Этот опасный свет снова зажегся в его глазах, золотистые угольки, сверкающие в темноте.
– Бизамот.
Её внутренности скрутило. Серена знала, он был угрозой, но проигнорировала это. Она подвергла Джоша опасности, он мог быть серьезно ранен или убит, и все из–за ее высокомерия.
– Мне так жаль, Джош.
– Эй. – Он опустился на кровать и привлек ее к себе. – Это не твоя вина.