Он мог продолжать прятать образ Джем в демонической форме, но разве это справедливо по отношению к ней? К нему?
– Итак, ты понял, – сказала она хрипло. Ее глаза засветились, маленькие, красненькие искорки осветили зеленые глубины. – Пока ты не видишь этого демона, ты можешь с ним жить. Я хороша только для траха, но недостаточно хороша, чтобы быть женой и матерью!
– Прекрати! – рявкнул он. – Прекрати говорить мне, что я думаю. Что я чувствую. Ты понятия не имеешь.
– Я ошибаюсь?
Он больше не знал. Сейчас его мысли смешались с эмоциями, он не мог мыслить здраво.
– Я вот что подумала, – сказала Джем, когда он ничего не ответил. Красные крапинки исчезли из ее глаз, и она вздохнула. – Слушай, давай не будем всё усложнять. Давай разойдёмся, пока ещё не поздно. И мы сможем остаться друзьями.
Боже, его грудь болела. Этого не может быть. Всего несколько часов назад они были счастливы. А вот... теперь всё кончено.
– Это не обязательно должно быть так, Джем.
– Ты знаешь, как все на самом деле! – Она вставила ключ в замок, но не повернула его. – Что самое смешное во всем этом, так это то, что еще год назад я была готова подбирать любые объедки, которые ты бросал мне. Даже приходи ты раз в неделю для быстрого перепихона и, уходи, не сказав ни слова, я была бы признательна и за это. Но что–то случилось со мной, пока тебя не было. Может, я стала сильнее. Сейчас я хочу все и сразу. И меняться ради тебя я не стану!
С этими словами она поднялась на цыпочки, коснулась губами его губ и скрылась за дверью.
Глава 18
Впервые в жизни Серена не была уверена, что сможет поесть, не зная почему, она решила даже не пытаться. Сидя за столиком в вагоне – ресторане, девушка чувствовала себя абсолютно беззащитной. Практически все посетители глазели на нее, или ей просто казалось?
Теперь все происходящее обрело смысл. Кто–то предал ее, кто–то снабжал Бизамота информацией, начиная с того самого дня, как она прибыла в Египет. Бизамот подошёл к ней на улице, нашёл ее в катакомбах, и на Филе, и в доме Регента.
Боже, сейчас ее стошнит.
Придя в себя, Серена пыталась дозвониться Валу, но он не отвечал, и теперь, застряв в режиме ожидания, она постоянно проверяла сообщения и голосовую почту, а ещё ждала, пока Джош закончит проверку поезда на присутствие демонов.
Спасибо Господи, за него. Сколько раз Джош спасал ей жизнь? Он так много всего дал ей за эти несколько коротких дней: дружбу, защиту, неземные оргазмы.
Сейчас Серене просто хотелось, чтобы он побыстрее вернулся. Она никогда раньше не нервничала, всегда была в высшей степени уверена в себе, благодаря своим чарам, а сейчас вдруг почувствовала себя такой уязвимой, и единственной безопасной гаванью были объятия Джоша.
Эта мысль была такой глупой, и чуть не заставила ее рассмеяться. Но это была правда. Взрослея, Серена чувствовала себя защищенной рядом с матерью, несмотря на то, что в первые семь лет ее жизни смерть шла за ней буквально по пятам. Мама всегда была рядом, и даже после того, как отдала амулет Серене, она неизменно продолжала оберегать и любить её. Позже, после смерти матери, Серену отправили в монастырь, где она чувствовала себя неприкасаемой. С чарами она ощущала себя в абсолютной безопасности.
Но за какие–то несколько дней, её безопасность разрушена полностью.
"Где же Джош?"
Серена, спрятала телефон в сумку, а когда подняла взгляд, увидела, наконец–то, входящего в вагон–ресторан Джоша. Ее сердце забилось быстрее, по мере того, как он приближался. Он казался таким огромным, от него веяло силой, и люди вокруг перестали, есть, изумленно уставившись на него. За последние несколько дней она заметила, что когда он смотрит на мужчин, они тут же отводят взгляд, а вот женщины наоборот, восхищались им, словно прикидывая, какой оттенок простыней больше подойдет для того, чтобы, раскинувшись на них, он смотрелся еще желаннее.
Лично Серена думала, что он великолепно смотрелся в отеле, на чистых белых простынях, и его загорелая кожа превосходно контрастировала с ними.
Джош шел, не отрывая от Серены взгляда, его сапфировые глаза были прикованы к ней, как снайперский прицел. Серена перестала дышать, понимая, что в этот момент, для него не существовало никакой другой женщины.
Он был одет в джинсы и футболку с длинным рукавом, которая обтягивала его как вторая кожа и обрисовывала каждый мускул. Его волосы спадали великолепной беспорядочной массой вокруг лица, казавшегося бледным. Татуировка же, выделялась еще сильнее, чем прежде, и Серена подумала, что он опять себя чувствовал плохо.