– Джош, о...ах...да. – Серена билась, и извивалась, Фантом опустил руки на ее бедра, чтобы прижать еще ближе.
Обычно, он сразу же выходил и оставлял женщину извиваться от удовольствия, в то время как сваливал. Но это была Серена. Они говорили о погоне, захватывающей охоте, которой они наслаждались, но он никогда не чувствовал ничего подобного с женщиной... ни с одной женщиной, кроме Серены. Секс с ней был в высшей степени захватывающий, в высшей степени обжигающий и он собирался остаться в ней, чтобы насладиться каждым стоном, вздохом и дрожью в теле.
– Фантом. – Его голос был хриплым шепотом у ее уха. – Зови меня Фантомом, когда ты будешь кончать.
– Сейчас, – простонала она. – Я кончаю сейчас... Фантом.
И он, твою мать, снова кончил, когда услышал, как она выкрикивает в экстазе его имя. А потом они вместе рухнули. Их кожа была скользкая от пота, а их легкие хватали воздух, словно его не хватало в поезде.
– Спасибо, – сказала она, прерывисто вздохнув. – Боже, спасибо тебя.
Она благодарила его? Она подарила ему удивительные ощущения, пожертвовав своей жизнью, чтобы дать ему то, чего он не заслуживал. Так что нет, он не заслуживал слов благодарности, и он не был уверен, что тоже должен благодарить ее. Да, Серена спасла ему жизнь, но то, как она это сделала, медленно убивало его.
Глава 22
Поговорив с Фантомом, Призрак повесил трубку испытывая странную смесь облегчения и тревоги. Тень сидел напротив него в кабинете Риза, усиленно работая челюстями над жевательной резинкой, в ожидании новостей.
Фантом получил чары, это объясняло тот прилив сил, который почувствовал Призрак, но звучало так, словно его брат влюбился в человека, а закончиться это катастрофой. Особенно после того, как он почти приказал Ризу найти способ спасти ее любой ценой, и ничто из того, что говорил ему Призрак, не могло переубедить Фантома.
– Тень, он получил чары, но это еще не все хорошие новости...
Вошел, а точнее ввалился в дверь, Ривер.
Волосы ангела, обычно блестящие и лежащие идеально, сейчас запутанными и тусклыми патлами падали на запавшие, налитые кровью глаза. Его руки были черны от засохшей крови, а кожа настолько бела, что вены под ней стали похожи на карту страданий.
– Какого хрена? – Тень вскочил на ноги, чтобы успеть подхватить Ривера.
– Забудь обо мне, – прохрипел Ривер. – Серена. Нужно защитить ее.
– О, сейчас ты готов помочь? – спросил Риз, и Ривер кивнул, склонив голову.
– Хорошо. Что особенного в этом ожерелье?
– Есть вещи, о которых я не могу сказать. – Ривер и Риз встретились взглядами. Потрескавшиеся губы Ривера сложились в упрямую линию.
– Черт побери, Ривер, оно было украдено, и это звучит чертовски серьезно.
Ривер побелел и начал раскачиваться, Призрак подскочил, чтобы удержать ангела, прежде чем тот завалится. К счастью, Ривер облокотился о стену.
Ладно. Призрак даже самому себе не желал признаваться, что от одной идеи прикосновения к кому–то с божественным происхождением, ему становилось не по себе.
– Этого не может быть, – сказал Ривер. – То, о чем ты говоришь – невозможно.
– А я говорю тебе, что так и есть. Мне нужно знать об ожерелье. Сейчас.
Затравленные бледно–голубые глаза Ривера встретились с глазами Призрака.
– Кулон, – сказал он сдавленным тоном, от которого каждый слог вибрировал, – это Армагеддон на цепочке.
Тень прекратил жевать жвачку.
– Повтори еще раз?
– Амулет. Это частица Рая.
– А... Рая? В самом деле?
– Да.
Риз встретил взгляд Тени. Это было серьезно. Очень серьезно.
– Ривер, нам нужно знать больше.
Ривер запустил пальцы в волосы. Призрак дал ангелу минуту, чтобы успокоиться, тот все еще выглядел так, будто готов выпрыгнуть из собственной кожи. Наконец–то Ривер прекратил возиться со своей гривой, но теперь он начал вышагивать – медленно, хромая, но вышагивать.
– В Демонике есть упоминание о небесном замке и ключе от него.
Риз кивнул, потому что знал это место в Библии демонов, но оно было неясным. На протяжении веков демоны–ученые пытались расшифровать его.