Скорость на спидометре упала до пятидесяти миль в час, и мне нужно было срочно принимать решение.
Я услышал, как пуля пролетела мимо меня, и увидел повреждения, которые она нанесла моему боковому зеркалу. Оно разлетелось, и я повернул мотоцикл, чтобы стать неудобной мишенью.
Я снова повернул и выстрелил. Он извивался и уворачивался, но все же сумел удержаться. Он был хорош, но я — лучше.
Впереди дорога снова выровнялась, и я воспользовался этой возможностью, чтобы сделать маневр. Я разогнался и сделал вид, что собираюсь разделить грузовики, но в последнюю секунду свернул и выстрелил в его зеркало со стороны пассажира. От удара грузовик отъехал в сторону — естественная человеческая реакция, — а я проскочил по гравийной обочине и успел проскочить перед грузовиком. Он посигналил и попытался ускориться, но я был легче и быстро проскочил на значительное расстояние вперед.
Выстрел!
Выстрел!
Что за черт! Используя свое уцелевшее зеркало, я наклонил его и увидел, что другой мотоциклист, должно быть, использовал мою собственную идею против меня с грузовиками. Черт!
Я вписывался в повороты и постоянно вилял, пока пули чиркали по бокам моего мотоцикла.
Его двигатель издал странный звук, и он внезапно выскочил прямо рядом со мной.
— Господи! — Я сбросил скорость и оказался за ним. Его голова мотнулась, и он попытался сделать то же самое. Я прицелился и выстрелил еще раз, но пистолет щелкнул вхолостую.
Черт!
Я засунул его обратно в сумку и решил, что с этим дерьмом надо заканчивать, с пулями или без.
До вершины горы оставалось всего несколько ярдов, и я знал, что ждет меня впереди.
Я откинул голову назад и громко рассмеялся. Вот оно. Это было то, ради чего я жил, — играть со жнецом в салочки.
— Раз, — я переключил передачу на пятую, — два, — я выровнял свои колеса с его колесами, — три. Я рванул вперед и помчался. Оба мотоцикла развернуло, и мы полетели вниз по крутому склону. На такой скорости все, что я мог сделать, это защитить голову и шею. Мой мотоцикл ударился о камень и остановился. Его мотоцикл слетел с обрыва впереди, а меня отбросило в кусты. Сорняки и камни царапали мою одежду, пока я кувыркался в кустах. В последнюю секунду, когда я почувствовал, что мое тело отрывается от земли, я был готов. Я знал, что меня ждет. Извернувшись, я ухватился за узкий ствол дерева и с размаху врезался в край обрыва.
Он пролетел вниз рядом со мной. Его руки отчаянно пытались схватить меня, но я оттолкнулся, и он упал на скалу спиной вперед. Послышался какой-то звук, потом все стихло.
Осторожно, перебирая руками, я перебрался на склон. И взглянул туда. Он оказался зажатым между деревом и скалой чуть ниже края и висел, как согнутый крендель. Я попытался подойти ближе, но грязь и камень вдруг вырвались из-под ног и посыпались вниз с восьмидесятифутового обрыва в воду внизу. Я отступил назад и немного подышал, решив, что звук, который я услышал, был, вероятно, разрывом его позвоночника, подтверждением того, что у нас со жнецом была ничья.
Я пошел на это, наклонился ниже и только успел зацепить его куртку. После долгих ругательств мне удалось вытащить пальцами его мобильный и схватить бумажник. Я отступил назад, чтобы передохнуть и заглянуть в бумажник, но он был пуст. Я не ожидал ничего другого. Мне нужна была еще одна вещь, и его явно вывихнутое плечо облегчало задачу. Я дернул его за руку, взял за кисть и с помощью большого пальца разблокировал телефон.
Я пролистал настройки и сменил его пароль на адрес клуба, после чего спрятал телефон в джинсы. Ухватившись обеими руками за куст, я пнул ветку, на которой он оказался, и смотрел, как он падает в воду. Я знал, что шерифы прочесывают эти задворки, и мне не нужны были лишние проблемы. Я посмотрел на холм и прищурился при мысли о семидесятифутовом подъеме обратно на вершину. Было темно, так что мне придется следить за тем, куда я наступаю. Черт, я очень, очень надеялся, что мой мотоцикл заведется, когда я туда доберусь.
К моему удивлению, мотоцикл с ревом заработал. Я развернул его, разбрасывая гравий, и направился к дому.
— Что, черт возьми, с тобой случилось? — Брик вскочил со своего табурета, из-за которого выбежала Тесс. У меня ушла вся ночь на то, чтобы разогнать свой мотоцикл и вернуться в город. Сейчас была середина утра, и я был до чертиков раздражен произошедшим.