Мой рот едва не раскрылся: каждый человек, которого я набирал в свою армию, уходил, потому что боялся моего гребаного сына. Значит, он перехватил последние восемнадцать или около того, с которыми я связался. Мы бы справились с ним вместе, если бы они не были такими трусливыми засранцами. Я, казалось, был сделан из камня и просто стоял там.
Когда последний из них заговорил и зал почти опустел, я сорвался. Все мои труды пошли прахом.
Я потянулся за пистолетом и выпустил две пули в голову мужчины. Трое бегущих к двери получили пули в спину. Они умерли как трусы, которыми и были.
— Ладно, уходи! Посмотрим, будет ли мне до этого дело! Зей, узнай имена всех этих ублюдков и передай их Триггеру. Пусть они умрут от рук человека, которого они, похоже, боятся больше всего, и покажи им, кого они должны бояться на самом деле!
Я крутанулся на месте и опустился в кресло. Подиум уставился на меня — нет, он насмехался надо мной.
— Мне нужна была эта чертова армия. Мне столько всего нужно сделать. Почему мне в этом отказывают? Почему?
— Я не могу придумать ответ. — Зей усмехнулся.
— Как, черт возьми, мой сын вообще узнал об их приезде?
Зей расстегнул куртку и запрыгнул на сцену.
— У него везде есть связи.
— Все, что у него есть, — мое, будь он проклят! Я найду способ уничтожить его, с ними или без них. Он — мерзость! — Я разъярился. Я вскочил на ноги и вскинул руки к потолку.
— Он твой сын.
Как он смеет так со мной разговаривать? Я ненавидел этого человека и ненавидел за то, что он не понимал моих страданий. Он просто сидел и наслаждался моей неудачей. Я знал, что нуждаюсь в нем, поэтому мне пришлось успокоить себя и проглотить желание убить его.
— Что бы ты сделал? — Я ждал, что скажет Зей Великий.
— Все наши карты были израсходованы. Мы нанесли некоторый урон, но они, похоже, всегда выходят вперед.
— Я спросил, что ты бы сделал, а не просил пересказывать, мать твою.
— Ладно, — он поднял руки вверх, — я бы отказался от идеи с армией. Все равно это очевидно, что она мертва, у них есть козырь — флешка. Я бы взял тех ребят, что у нас остались, налетел на них быстро и жестко, когда они меньше всего этого ожидают, и открыл огонь. Просто уничтожить его. Я бы так и поступил.
— А как же твоя драгоценная Тесс? Разве она не попадет под перекрестный огонь? — Я знал, что она — его слабое место, и не смог удержаться от подколки.
Он заколебался.
— Нет, я бы сделал так, чтобы ее там не было.
— С чего ты взял, что сможешь вытащить ее оттуда? Она тебя ненавидит. — Я подождал, пока он осознает это.
— Она сделает все, чтобы защитить этих детей. Это сработало раньше. Я могу использовать их снова, чтобы выманить ее.
— Я думал, ты не обижаешь детей. — Я не мог не усмехнуться. Он был таким чертовски высоким и могущественным, уверенным в себе во всем.
— Я не говорил, что причиню им вред. Я просто не против их использовать.
— Значит, теперь ты не против грязной игры. — Я приподнял бровь.
— Я не говорил, что никогда не играю грязно, отец. Просто я не ослеплен своими фантазиями.
Глава 17
Триггер
К полуночи у меня было на редкость поганое настроение. Большинство мужчин разбегались, когда я входил в комнату, а Рейл казался чем-то обеспокоенным. Я знал, что он несколько раз пытался поднять эту тему.
— Выкладывай или уходи, — пробурчал я, когда Рэйл снова заглянул в мою дверь.
— Просто хотел спросить, не показалось ли тебе странным, что твой отец стал таким тихим после того, как мы расправились со всеми этими людьми. Я хотел узнать, что ты думаешь о том, что он может задумать.
Я потер голову и попытался прогнать только что вспыхнувшую ярость.
— Если бы я знал ответ на этот вопрос, разве я бы не довел его до вас?
— Я не знаю, а ты? — Я поднял голову и оскалился.
— Что ты сказал? — Он поднял руки в знак извинения.
— Ты сейчас не в себе, Триг. Я не был уверен, может, ты забыл поделиться с нами чем-то.
Осторожно...
Его телефон зазвонил, и он достал его из джинсов. Он быстро ответил, пока я ждала с явным нетерпением.
— Когда закончишь.
— Это Брик.
— И? — Я раздражался еще больше.
— Он выезжает с Минни сегодня вечером.
— А где Тесс? — Его взгляд переместился на меня, и он прищурился что бы спросить.