Мне как руководителю школы политграмоты приятно было видеть, что мои ученики стали активными пропагандистами, развернули большую работу в Аларском и других аймаках. Я неоднократно выступал на учительских конференциях и сельских сходах по вопросам культурного и хозяйственного строительства Бурятии.
Партийно-советский актив, интеллигенция, хозяйственные работники аймака с большим интересом изучали историю революционного движения Бурятии, Иркутской губернии и Забайкальской области, так как Бурятия до революции не представляла собой единой административной и территориальной единицы: западная ее часть входила в состав Иркутской губернии, а восточная — Забайкалья.
При Аларском айкоме был создан консультационный пункт во главе с первым секретарем Аларского айкома Д. Д. Доржиевым и Председателем аймачного исполкома Я. Т. Похосоевым. Теперь агитаторы и пропагандисты получили методические разработка. Занятия проводились по темам: 1) возникновение и развитие социал-демократического движения на территории Бурятии. Февральская буржуазно-демократическая революция; 2) партия большевиков в борьбе за победу и упрочение Советской власти в Бурятии; 3) большевистские организации Бурятии в период иностранной военной интервенции и гражданской войны; 4) бурят-монгольская партийная организация в годы восстановления и начала социалистического переустройства народного хозяйства.
В августе 1928 г. по решению секретариата Бурят-Монгольского обкома ВКП(б) я был откомандирован па учебу в Коммунистический университет трудящихся Востока (КУТВ), в Москву.
В поезде я познакомился с молодым якутом Михаилом Говоровым, который тоже ехал в Москву на учебу в КУТВ. Я считал, что неплохо разбираюсь в политических вопросах, но после бесед с Говоровым по различным проблемам политики, истории, культуры и искусства понял, что мои знания пока еще ничтожны, мне необходимо еще учиться и учиться.
Разговаривая с Михаилом, я даже выразил удивление, зачем ему ехать учиться, — он и так столько знает.
— В КУТВе, — объяснил он, — я хочу получить марксистско-ленинское образование, пополнить свои знания философии, а кроме того, познакомиться с достопримечательностями городов Москвы и Ленинграда, их памятниками истории, культуры, искусства и зодчества. Собираюсь немало времени уделить и архивам, музеям, библиотекам.
Общежитие КУТВа, куда меня устроили, находилось тогда на Тверской улице, в доме № 53. Я был принят в университет на основной сектор. Учились мы в четырехэтажном здании в Малом Путинковском переулке, где размещался учебный корпус КУТВа.
Коммунистический университет трудящихся Востока был подлинной кузницей кадров. Его организация началась с создания в 1920 г. при Университете им. Я. М. Свердлова трехмесячных курсов подготовки кадров для национальных областей. Но потребность в таких кадрах была настолько велика, что этой меры оказалось недостаточно.
В начале 1921 г. ЦК. РКП (б) принял решение об организации при Наркомате национальностей восточных курсов. 21 апреля 1921 г. Постановлением ВЦИК эти курсы были реорганизованы в Университет трудящихся Востока при Наркомнаце для подготовки политработников и советских работников из среды трудящихся разных национальностей. Преподавание должно было вестись на родных языках. Это было своеобразное учебное заведение, не обычный университет, а повышенного типа партийная школа, имеющая цель подготовить партийных работников для восточных окраин.
Уже в сентябре 1921 г. в университете было около 600 учащихся — представителей свыше пятидесяти национальностей.
История еще не знала подобного рода учебных заведений. Из тундры и тайги далекой Якутии, с гор Кавказа, из Средней Азии съехались представители народов, вчера еще угнетенных, а сегодня строителей новой жизни. Университет явился подлинным детищем Октября, конкретным воплощением в жизнь ленинской национальной политики.
Подготовка принятых в университет была самая разнообразная: от лиц с высшим образованием (их было только четыре человека) и до совсем неграмотных. Подавляющее большинство окончило лишь начальные школы (273 человека). Сначала был установлен семимесячный курс обучения. Задача сводилась к тому, чтобы в такой минимальный срок дать основы марксизма-ленинизма и подготовить людей для работы в партийных организациях и Советах депутатов трудящихся.
Сложность заключалась еще и в том, что почти не было преподавателей — членов партии, владеющих национальными языками.
Были созданы языковые секторы: горно-дагестанский, азербайджанский, фарсидский, интернациональный, тюркский. Весь остальной студенческий состав в зависимости от подготовки был включен в основной сектор — в лекторскую группу для подготовки руководителей кружков и в семинарскую группу, состоявшую из наиболее квалифицированных товарищей. За первый год работы университет окончило около тысячи человек.