Днем на польских дорогах, обсаженных толстыми вязами, было тихо, зато ночью по ним шли колонны нашей пехоты, двигались бесконечные потоки машин. Для молодых шоферов последнего призыва, не имевших опыта таких маршей, это было нелегким испытанием. Сто сорок километров без света, без остановок. Первый марш… Понятно было наше волнение: «Справятся ли?»
График маршрута был выполнен всеми бригадами. В авангарде шли коммунисты и комсомольцы подразделений.
Сосредоточились в лесу у села Висьнювка. Когда-то здесь стояли танковые полчища Гудериана, готовые к нападению на Советский Союз. Теперь в этом лесу, справа от дороги, идущей на Сащув, расположилась приданная нам З1-я артиллерийская дивизия прорыва РГК.
78-й стрелковый корпус 62-й армии стоял на самом острие будущего прорыва. Именно на этом участке, между Шидлувом и Каргувом, должны были вступить в бой танки генерал-полковника Д. Д. Лелюшенко. Сложившаяся боевая обстановка повышала ответственность коммунистов и командно-политического состава дивизии за четкую отработку каждого элемента готовящейся операции.
3 января 1945 г. закончилось сосредоточение бригад дивизии. Была установлена непосредственная связь со штабами пехотных соединений. Артиллерийская разведка заняла свои места в передовых позициях пехоты. Первая очередь инженерных работ была закончена. Одновременно с этим начались командирские рекогносцировки района будущих боевых порядков и обороны противника на участке действия дивизии. Политработники всех рангов перебрались на огневые позиции батарей, дивизионов и наблюдательных пунктов артиллеристов.
В ночь на 8 января 1945 г. грозная артиллерийская техника дивизии двинулась на огневые позиции. Тракторы, глухо урча, тащили напрямик через поле пушки, гаубицы, минометы малой и большой мощности. Ревели на подъемах «студебеккеры». Расчеты, прибыв на огневые позиции, зарывались в землю, связисты прокладывали линии по траншеям и канавам, наблюдатели сооружали свои пункты.
На переднем крае по-прежнему взвизгивали одиночные мины да холодным светом ракет разгоняли свой сон немецкие часовые.
Приближались решающие бои на Сандомирском плацдарме. Во всех подразделениях прошли открытые партийные собрания. Для молодых, еще не обстрелянных солдат они имели особое воспитательное значение. На собраниях солдаты и офицеры подавали заявления с просьбой после первого же боя принять их в партию.
Командир дивизии поставил перед офицерами штаба и командирами бригад ряд дополнительных задач: спланировать огонь по конкретным целям для каждой батареи, дивизиона, на весь бригадный состав дивизии прорыва. Начальник разведотдела дивизии майор П. А. Асмоловский и его заместитель старший лейтенант С. М. Буданов собирали, обрабатывали и анализировали разведданные о противнике. На ряде участков уточнять передний край обороны и огневые точки приходилось с передового наблюдательного пункта. Этим в основном занимался С. М. Буданов с командиром взвода лейтенантом Новиковым.
Буданову удалось с наблюдательного пункта дивизии под огнем противника уточнить расположение первой траншеи противника, проходившей по трудно просматриваемому участку, дзота и двух пулеметных точек. Все это было нанесено на карту. Теперь орудия могли подготовиться к ведению огня по заранее разведанным целям.
10 января 1945 г. орудийные расчеты получили таблицы огня. Это был итог бессонных ночей штабников и опаснейшей работы разведчиков. По данным таблиц, все траншеи и опорные пункты 166-й пехотной немецкой дивизии накрывались артиллерийским и минометным огнем.
Сосредоточение армии было проведено с соблюдением самой строжайшей маскировки. Хотя самолеты противника подолгу кружили над лесом, район размещения нашей дивизии ими не был обнаружен. Началась подготовка к вводу дивизии, которая должна была действовать в центре будущего прорыва, в бой.
Ночь… Как всегда, перед боем время тянется долго. Даже бывалые солдаты заметно волнуются — то и дело крутят цигарки.
Ровно в четыре часа утра передовые батальоны пехоты провели разведку боем: преодолев минные поля, колючую проволоку и пройдя нейтральную зону, ворвались в траншеи противника и схватились с ним врукопашную. Это был трудный бой, так как его поддерживала лишь небольшая часть артиллерийских средств Но свою задачу передовые батальоны выполнили.
В 10.00 маршал Конев дал команду:
— Огонь! По полной программе!
Его слова повторили во. всех боевых подразделениях:
— По полной программе по фашистским извергам!