Второй раз книга была издана автором в декабре 1865 года, правда, в выходных данных был уже указан 1866 год.
Сказка, рассказанная в лодке, в итоге получила название «Приключения Алисы в Стране чудес», а автор Чарльз Лютвидж Доджсон спрятался за псевдонимом "Льюис Кэрролл", переиначив свое имя на латинский манер и поменяв имя с фамилией местами.
Ко всеобщему удивлению, эта очень, очень, очень странная сказка не провалилась в продаже. Все случилось с точностью до наоборот - она, что называется, "выстрелила", и еще при жизни автора многократно переиздавалась и была переведена на множество языков.
Ободренный успехом и отбивший вложения автор сел работать над продолжением, и в декабре 1871 года была издана вторая сказка, ничуть не уступающая первой в качестве - книга «Сквозь зеркало и что там увидела Алиса».
Девочка по имени Алиса, уверенная, что книжки без картинок никому не нужны, начала свое триумфальное шествие по планете Земля.
Это шествие и впрямь было триумфальным - действительно, на свете найдется немного книжек, чей вклад в мировую культуру сопоставим с этими двумя небольшими сказками.
Очень быстро "Алиса" стала эдакой кометой, оставляющей за собой культурный шлейф, многократно превосходящий по объему оригинал. Где только не получили свое отображение сказки Кэрролла. "Алиса в Стране чудес" - это шахматные задачи и порнофильмы, научные статьи психоаналитиков и трэш-мюзиклы - далее везде.
Но об этом шлейфе - в следующий раз.
Интермедия. Льюис Кэрролл и маленькие девочки
После публикации предыдущей главы в комментариях начались набеги "специалистов", желающих непременно просветить всех остальных про э-э-э-э... особые отношения сказочника с маленькими девочками.
И я бы это пережил - в конце концов, в педофилии ныне обвиняют всех, кто много общался с детьми - от Льва Толстого с его школой для крестьянских детей до Владислава Крапивина с его отрядом "Каравелла".
Но меня очень веселит то, что главным доказательством виновности Кэрролла в глазах досужих сплетников является тот факт, что он, видите ли, фотографировал детей (и даже девочек) в голом и полуголом виде.
Поэтому извините, но я все-таки скажу пару слов на эту очень неприятную тему. Это просто короткая реплика, не более того.
Главная проблема неумных людей заключается в том, что они очень мало знают, и в силу этого обстоятельства полагают мир стабильным и неизменным. И потому искренне убеждены, что сегодняшнее нетерпимое отношение к тиражированию детской наготы было всегда - и сто лет назад, и двести, и пятьсот.
Меж тем дело обстоит ровно наоборот - и это знает любой человек, который вместо просмотра роликов в Сети работает с первоисточниками.
Это увидев сегодняшние купальники взрослых женщин, жители тогдашнего мира выронили бы глаза и сразу же поняли, что конец света уже случился, мир захвачен Антихристом и дозволены любые непотребства.
Такого они действительно никогда не видели.
А голых детей видели преизрядно. Потому что в голых детях тогда никто не усматривал ничего плохого. Дети считались безгрешными, а их нагота прямо выступала символом чистоты и невинности.
Я даже не буду заводиться про путти и прочая, достаточно вспомнить, что издаваемые в 19 веке книги стихов или сказок часто украшались иллюстрациями с обнаженными феечками.
Это было что-то вроде сегодняшних разноцветных пушистых котят - умилительно-кавайные картиночки, эдакое концентрированное ми-ми-ми.
Ровно то же самое было и с фотографиями обнаженных детей. Их я здесь показывать, разумеется, не буду - мне проблемы не к чему - но могу заверить, что они делались повсеместно. Тот же Кэрролл во времена, когда умелый фотограф был еще очень востребованной диковинкой, периодически фотографировал обнаженных детей по просьбе их родителей (и, разумеется, в их присутствии).
Фотки эти делали по тем же самым причинам - обнаженные дети считались эталоном приятной глазу красоты, чистоты и невинности. Будет потом что вспомнить выросшим и нагрешившим людям, будет над чем пустить ностальгическую слезу.
Да что там 19 век? Практически у любого сегодняшнего бумера в домашнем альбоме хранятся младенческие фотографии, где он, извините, практически тычет пиписькой в объектив. Обличать эти фото - это примерно как сегодня объявить непотребством фотографирование собственных котиков. Никто в этом не видел ничего плохого еще в конце 1980-х, достаточно вспомнить финальный кадр культового польского фильма "Новые амазонки", где, извините, детородный орган народившегося младенца занимает пол-экрана.