К этому же четвертому поколению защитников Отечества относится муж единственной дочери Дмитрия Григорьевича Елены – Семенов Владимир Сергеевич. Сын Семенова Сергея Захаровича – участника Великой Отечественной войны, радиста, стрелка, о котором мы писали ранее, Владимир Сергеевич, окончил Свердловское высшее политическое танково-артиллеристское училище, а затем заочно исторический факультет Кубанского государственного университета. 28 лет отдал военной службе. Подполковник Семенов служил в отдаленных районах Средней Азии, Северного Кавказа, Германии. Только отличные отзывы о его службе как защитника Отечества слышали мы от его командиров. С ним по всем гарнизонам следовала его жена Елена – дочь Дмитрия Григорьевича. Вместе с мужем она кочевала по гарнизонам, активно участвовала в солдатской художественной самодеятельности, в работе женских советов гарнизона, где они жили.
У Владимира и Елены Семеновых два сына: старшему Дмитрию в 2006 году исполняется 30 лет, он окончил Новочеркасское Высшее военное училище связи. Служил несколько лет на Китайской границе в Читинской области. Затем выполнял боевые задачи по ликвидации бандформирований в Чеченской республике. Ныне майор Дмитрий Семенов является начальником курсов, или проще говоря, командиром курсантской роты Новочеркасского военного института связи, как он сейчас называется. Служба идет как будто исправно, желание служить есть. Дмитрий Семенов – это представитель пятого поколения защитников Отечества династии Щербин. Второй сын Владимира и Елены – Сергей. В 2006 году летом он оканчивает экономическое отделение Новочеркасского индустриально-гуманитарного колледжа.
Подводя итоги краткой характеристики всех поколений династии Щербин и тесно связанных с ними Семеновых, Спиридоновых, Коволевых, Короленко, следует заметить, что всех их объединяют такие общие черты, как любовь к своей Родине, преданность национальной идее России, ее самобытности, готовности отдать все силы, а если потребуется и жизнь, защищая свою Родину.
«Всегда впереди»
Январь 1945 года. Зимние школьные каникулы. Народ чувствовал – войне скоро конец. Фашизм издыхал. Но радость приближения Победы омрачалась печалью.
В большое сибирское село Любомировка, вытянувшееся вдоль речки Иртыш, продолжают приходить похоронки. То в одном, то в другом конце села слышен плачь. Подростки бегают по коридорам военкомата, просятся отправить их на фронт. Со слезами на глазах упрашивают военкома, чтобы выписали повестку именно ему, потому что он должен отомстить за отца. Другие, кучкуясь группами, доказывали, что комсомольцы их класса обязаны защищать Родину – они ворошиловские стрелки, сданы нормы ГТО и ПВХО.
Комсорг школы Дмитрий Щербина убеждал, что осенью ему по закону положено призываться, лучше сейчас, пока война не кончилась. Просился направить в ту часть, в которой воюет его старший брат, он успеет рассчитаться за трех братьев, погибших под Москвой, в Сталинграде и при форсировании Днепра. Военком разъяснял ему, что после окончания 10 класса его обязательно отправят в военное училище, а войны на его век хватит. Наконец военком согласился и попросил досрочно сдать экзамены, экстерном.
В школе к пожеланию Димы отнеслись с пониманием. На протяжении десяти лет по всем предметам у Димы было отлично, кроме химии. Преподаватель химии, на просьбу директора поставить Диме пять, ответил: «Не могу – это будет против моей совести». Двухмесячные курсы младших командиров и в начале апреля 1945 года сержант Дмитрий Щербина, командир 76-мм орудия, бьет прямой наводкой по бастионам Кенигсберга.
Над городом висели наши бомбардировщики ПЕ-2, летали юркие штурмовики. В воздухе было полное превосходство нашей авиации. Артиллерия неприятеля была подавлена огневой мощью наступающих войск.
Фашисты пробовали делать вылазки, но их контратаки были безуспешными. После взятия Кенигсберга часть перебросили на Западную Украину. Командир части поставил задачу: «Будем бороться с бандами националистов, которые мешают устанавливать советскую власть, препятствуют передислокации наших войск». Дмитрий был избран комсоргом дивизиона. Переживал, что не участвовал в штурме Берлина и не расписался на стенах Рейхстага.