Дневной поиск
23 июня началась операция «Багратион», III Белорусский освобождал Псковскую область и Литву.
13 июля 1944 года войска освободили Вильнюс и неумолимо продвигались к Балтийскому морю.
Полк застрял перед Жижморами. Фашисты хорошо укрепили гряду высот. Полк нес потери. Перед Жижморами простирались непроходимые болота.
Командир полка прибыл в разведвзвод на рассвете и поставил задачу – необходим язык, потому что разведка в тыл невозможна. В первой и во второй линии обороны фашисты в траншеях насажены плотно. Остается одно – брать языка из траншеи. «Смотрите, не оплошайте, не притащите мне какого-нибудь повара или ординарца».
В ночь с 17 на 18 июля Дмитрий с отделением Белова преодолели на брюхе нейтралку. Благо, фашисты не успели в болотину навтыкать мин.
В траншеях никого не было. Часовые через каждые десять метров переговаривались и перекликались между собой. У блиндажей стояли парные часовые.
Незамеченные, преодолели первую и вторую траншеи. Залегли около туалета. Вскоре заметили – из землянки вышел гитлеровец, в наброшенной на плечи офицерской шинели. Как только стал открывать двери, Курбан Абдурахманов кулаком оглушил немца, засунул в рот платок. Схватил, перебросил через плечо и потащил.
По ходу движения немца упаковали, связали руки и нога. Тихо передали через траншею, там ждали. Когда притащили в расположение, сбросили шинель, то увидели жирного толстопузого немца, со складками на шее и мясистым носом. Оказался повар с солдатской кухни. Командир полка ходил по ходу сообщения, взмахивал руками, сжимая и разжимая кулаки, и ругался вполголоса.
Разведчики были готовы провалиться сквозь землю. Подошел к разведчикам, потребовал: «Вот что, добрые молодцы, отоспаться, проработать задание до мелочей – через сутки снова в поиск».
Через два дня, чтобы не вызывать подозрения, двинулись по мелиоративной осушительной канаве. Справа и слева непроходимые болота, по кромке канавы тропинка, утыканная минами. Пришлось идти по канаве, наполненной грязью. Канава отвела их от передней линии обороны противника. К рассвету вышли к заброшенному хутору. Передохнули.
Соорентировались на местности и по луговине, поросшей кустарником, стали пробираться к окопам противника. Командир группы определил, что это третья линия обороны. Из-за кустов было видно, как без опаски, свободно ходили фрицы. Ждать ночи – бессмысленно. Был приказ доставить языка к утру. Второй промашки быть не должно. Солнце пекло нещадно. Группа из шести человек вплотную подползла к траншее на расстояние одного прыжка, остальные остались в прикрытии. Дмитрий изнывал от жары. Пот заливал глаза. Ни чихнуть, ни пошевелиться. По траншее проходят очень редко.
Старший в группе Иосиф Рачков. Мысленно ругают старшего: «Когда же, чертова душа, даст команду на захват». Перед обедом движение учащается, но и опасность быть обнаруженными увеличивается. Разведчики понимают, что Рачков не хочет опростоволоситься и выбирает жертву. Наконец, Рачков взмахнул рукой. Курбан Абдурахманов и Петя Каноник бросаются в траншею. Сигма Синкявичус и Толя Васильев на помощь, выхватывают из траншеи фрица. Туловище под мышкой у Курбана, ноги в руках Пети Каноника. Соскочили и побежали в кустарник. Фриц перепуган, от боли только мычит – Курбан сильно его прижал. Минуты через три гитлеровцы опомнились и открыли бешеный огонь по убегающим разведчикам.
Рачков и Васильев бегут рядом, прикрывая своими телами пленника от пуль. Вдруг Курбан падает на колени. Дмитрий видит, как на гимнастерке, под левой лопаткой, разливается красное пятно.
Рачков дает команду: «Кузьменко заменить Курбана, Толе Васильеву, Вайлю и Денисову подхватить Абдурахманова». Добегают до хуторка. Расстояние в полкилометра перекрывают за считанные минуты. Двигаются по канаве обратно. Вода в канаве от жаркого солнца ушла, но бежать было не легче, ноги засасывала густая грязь. Перед своим передним краем саперы успели разминировать тропу вдоль канавы. После сигнала зеленой ракетой, полковая артиллерия отсекла преследователей. Через двадцать минут, грязных с ног до головы, измученных, но довольных, встречал улыбающийся командир полка. Радовался, что добычей оказался унтер-офицер, но посетовал: «Заставили вы меня поволноваться, всю ночь глаз не сомкнул, ждал вот-вот вернетесь, а получилась задержка. Да ладно, слава Богу, что вернулись из поиска и важную птицу притащили. За службу благодарю. Абдурахманова похоронить с почестями. Представить к награде. Сообщить на родину о подвиге». Прибыл командир дивизии и тут же в траншее вручил разведчикам медали «За Отвагу», а командиру группы Рачкову «Звезду».