А стога цветов, отвезенных таксистами белорусским красавицам от него, об этом и говорить нечего. У минских таксистов о Сергее ходят легенды и на его фотографию молятся руководители таксопарков, так как он всегда помогает им выполнить и перевыполнить план. Правда, после таких красивых сцен у Сергея Аркадьевича порой даже на пакет молока не хватает, но что поделаешь — искусство любви требует жертв.
Но… талантлив, зараза. Прямо какой-то юмористический Есенин. Ой, а зовут его, кстати, тоже ведь Сергеем. Главное, чтоб не закончил по-есенински… Но, слава Богу, помаленьку все это уходит в прошлое, Сергей в свои тридцать с небольшим начинает «взрослеть», и есть надежда, что из него вырастет большой артист, большой автор, и когда-нибудь, лет этак через 40–50, он станет главным режиссером театра «Христофор». А почему бы и нет…
Как-то Сергей с однокурсником решили разыграть своих однокурсниц. Они загрузили в один из лифтов Академии культуры стол вместе со стулом, благо лифты там огромные, и проделать эту операцию не составляло особого труда. Сергей усаживался за стол, а однокурсник в это время поднимался на несколько этажей выше, где «кучковались» однокурсницы. Вот что происходило дальше. Однокурсник стучался в дверь лифта, одновременно обращаясь к девчонкам, мол, не подскажете, Сергей Аркадьевич Комиссаров у себя в кабинете или нет? Девчонки, конечно же, в ответ покрутили пальцем у виска, а в это время двери лифта отворяются и открывалась такая картина: в лифте с умным видом за столом сидит Сергей и серьезным таким голосом говорит:
− Да-да, войдите, вы, голубчик, по какому вопросу?
Чувство юмора у Сергея отменное: он практически мгновенно может пошутить или обыграть любую ситуацию. И не раз это чувство помогало ему и иногда даже спасало. Но, как говорится, и на старуху бывает проруха. Однажды с товарищем он возвращался из гостей. В 7 утра. Настроение веселое. А народ-богатырь даже не догадывался, что с ним в переполненном автобусе едет будущий автор и артист театра «Христофор». Народ был полусонный, озлобленный, нервный и мрачный. Дело было зимой, все были в шубах и пальто, протиснуться невозможно, дышать нечем. Сергея с приятелем разбросало в разные стороны — один у задней двери, другой ближе к середке. Так как они были чуть-чуть навеселе, то стали прикалываться друг над другом. Их шутки не вызвали никакой положительной реакции, а наоборот, кто-то из пассажиров предложил им «заткнуться по-хорошему»… Но парочка не унималась. А надо сказать, что это происходило в то время, когда инфляция «съедала» всю нашу зарплату, доллар рос каждый час, люди нищали прямо на глазах. И вот в такой тяжелой атмосфере (в прямом и переносном смысле) наша парочка веселилась от души… Рабочий класс, ехавший на свои заводы и фабрики, с классовой ненавистью смотрел на двух молодых «буржуинов» (а надо сказать, что Сергей всегда хорошо и модно одевается), в семь утра веселящихся в автобусе. Тучи сгущались с каждой секундой. Уже несколько человек предложило выкинуть молодчиков из автобуса… Сергей, было, притих на минуту, но все же не выдержал и с грустной интонацией громко сказал своему дружку:
− Ой, Семён, даже не знаю, что и делать-то, у меня всего 400$ осталось, как дожить до зарплаты… ума не приложу…
Что тут началось, я думаю описывать не надо. Кричали и матерились все — и дядьки, и тетки, и старики, и дети, и водитель в микрофон. Наши юмористы летели в сугробы прямо из открытых дверей автобуса, а вслед им летели их шапки и проклятья трудового народа…
У нас в ТЮЗе работает артист, о находчивости и огромном чувстве юмора которого ходят легенды. Фамилию его называть не буду, так как не знаю, останется ли он доволен, узнав, что я добавляю ему популярности таким образом. Пусть у него будет распространенное в литературе имя N.
Произошло это много лет назад. Сбылась давняя мечта N, и он купил автомобиль. Какой марки? Ну на какую мог рассчитывать у нас артист при его зарплате?! Конечно, «Запорожец». Зато новый, в то время как сейчас артисты и на подержанный вряд ли накопят с зарплаты.