N надел пальто, нахлобучил на самые глаза шапку, укутался шарфом (дело было зимой) до носа и отправился в ресторан. Раздевшись, он сел за угловой столик спиной к залу и, прикрываясь рукой, подозвал официанта. Ничего не заподозривший официант принес ему ужин. Перекусив, N, разгоряченный праздничной атмосферой зала и царившим вокруг весельем, решил тоже позволить себе чуть-чуть вина. Он сделал один заказ, потом, посмотрев, что времени у него еще очень много, — другой, за ним, успокоив себя тем, что роль у него почти без слов, — третий.
В результате, уходя из ресторана, N начисто забыл все ленинские советы по конспирации. Можете себе представить реакцию сидевшей за столиками или танцевавшей под оркестр публики, когда вдруг из дальнего угла через весь зал спокойной походкой прошел Владимир Ильич. Музыканты перестали играть, стихли громкие разговоры за столиками, танцевавшие пары замерли — все провожали взглядами идущего человека. Многие даже не поняли, что это было: видение или живой человек. Когда дверь за N закрылась, долгая пауза еще продолжала висеть в зале.
Потом по городу поползли слухи, что вечерами по улицам и злачным местам бродит Ленин. То, что бродит призрак коммунизма, никого в ту пору не удивляло, а вот живой Ленин был в диковинку. Слухи быстро дошли до компетентных органов, были допрошены официанты и гардеробщик ресторана, которые подтвердили, что видели Ленина и даже вступали с ним в контакт. Не знаю как, да это и не так уж важно, дело для опытных сыщиков было, по-моему, не очень сложным, но N вычислили довольно быстро. Он не стал отпираться и рассказал честно, как все было. В итоге Ленина он больше никогда не играл и звания, на которое очень рассчитывал и которое было у него почти в руках, не получил.
Так не осуществилась еще одна мечта, связанная с именем Ленина.
Круиз
Несколько лет назад в СНГ ежегодно проводился фестиваль лучших авторских телевизионных программ «бархатный сезон». Сначала на первом этапе отбиралось около 200 программ со всех бывших республик СССР, а затем из их числа на втором этапе выбирались те, которые будут носить гордое звание лауреатов фестиваля. Наша программа 8 канала «Семь минут с «Христофором’ на втором фестивале не только попала во второй этап, но едва не стала призером, подвела нас лишь наша не соответствующая современным стандартам видеотехника. Второй этап того фестиваля проходил на теплоходе, который спускался по Днепру от Киева до Черного моря. Представляли нашу программу на нем работники Минского кабельного телевидения во главе с Петром Черноморцем. Было, по их словам, безумно интересно, поэтому вернулись они домой довольные поездкой и гордые тем, что их (точнее наша) программа вошла в число лучших.
Когда через год программа «Семь минут с «Христофором» получила приглашение на второй этап и третьего фестиваля, мы восприняли это очень спокойно, потому что поехать туда не рассчитывали. Дело в том, что стоит поездка довольно дорого (в это раз предполагался круиз по Средиземному морю), и кто-то должен был вместо нас взять на себя ее оплату, ведь у нас таких денег, сами понимаете, не было и нет. Но Петр Черноморец к его чести, решил, что в делегации обязательно должны быть и те, кто программу создает (мы с ним не спорили), поэтому включил в списки четырех «христофоровцев» Ю. Лесного, А. Длусского, А. Вергунова и меня.
Путешествие было рассчитано на две недели, теплоход должен был выйти из Одессы, затем через Босфор и Дарданеллы попасть в Средиземное море, а по пути сделать остановки в Стамбуле, Афинах, Хайфе, зайти на острова Родос и Кипр и вернуться в Одессу. Маршрут сказочный, кто из нас в детстве не мечтал о таком. Почему только в детстве? Потому что, став взрослыми, мы становимся реалистами и перестаем мечтать о том, что нереально, сосредоточиваясь на целях, которые считаем достижимыми. А тут, представляете, сказка неожиданно пообещала сделаться былью. Я до последней минуты отъезда из Минска не переставал сомневаться в том, что мы попадем на борт корабля, поэтому дома не сказал своим об истинной цели поездки в Одессу, сославшись на якобы предполагавшиеся гастроли по городам Украины.
Собирались мы в бешеном темпе, тратя неимоверное количество нервов и сил. Нужно было, кроме вещей, подготовить уйму всяких документов, а времени оставалось в обрез. Последние необходимые бумажки мы получили за несколько часов до посадки в поезд. Гордые собой прибыли мы в Одессу, и вот тут-то, в порту, мы узнали, что такое настоящие проблемы с документами. То, что было в Минске, стало казаться нам мелким и несерьезным.
Посадки на теплоход «Леонид Собинов» ждали около тысячи человек. Только из Беларуси были представители нескольких минских телестудий, а также студий из Барановичей и Кобрина. Короче, тьма творческого народа. Шум, гам, неразбериха, все волнуются, снуют туда-сюда, еще больше возбуждая и себя, и окружающих. Все это мне напомнило сцены из кинофильмов о гражданской войне, когда показывали бегство белых из Крыма и посадку их на корабли. Мы, правда, не прыгали пока в воду и не лезли через перила, но, судя по настрою многих, были готовы и к этому. Наконец появились люди со списками и стали выкрикивать фамилии, чтобы разбить нас на группы и по группам уже заводить на борт теплохода. Никто, как и мы, не знал, в каком он списке, поэтому все бегали от группы к группе, стараясь не прозевать своей фамилии. Мы тоже сначала бегали, а потом сообразили, что легче каждому взять под контроль одну из групп и от нее уже не отходить.