Он плотнее застегнул «молнию» коричневой кожаной куртки на меху. Чересчур легка куртка, не спасет она его. Дело, кажется, швах. До своих на самолете совсем недалеко, а пешком по вражьему тылу? Миль, пожалуй, пятьдесят по прямой. А тут горы, ущелья… Никогда не верил он, что такое может случиться с ним. Замерзнет, как индюшка в морозильнике! Будь они прокляты, эти Арденны! Черт бы побрал этот Сен-Вит, но разведка донесла, что в городке остановилась танковая колонна, а он разглядел при свете своих ракет, пока его не отогнали зенитным огнем, одни лишь развалины…
Что, если здесь, в лесу, появятся крауты? Он достал свой «смит-вессон» из кобуры, взвел курок и, покрутив в руках, сунул обратно в кобуру, но не застегнул ее. Он не знал еще, как поступит, если придут немцы. Неужели выход один — палить трассирующими, привлечь краутов, сдаться им в плен…
Промозглый ветер, гулявший под кронами мачтовых сосен, чуть покачивал его на стропах. А что, если раскачаться и как-нибудь ухватиться за ствол? Он начал раскачиваться, но наверху грозно затрещали сучья. Нет, брякнуться с такой высоты он не рискнет.
Виски! Ведь у него целая фляжка бурбонского! Быть может, гнали это виски из кукурузы его родного штата!.. Надо растянуть ее до утра…
На рассвете пилота «черной вдовы» сняли с сосны крестьяне из ближайшей деревни. Они заметили, что летчик спустился в лес. Не побоявшись полицейского часа, за нарушение которого им грозил расстрел, трое пожилых валлонцев с топорами и веревками всю ночь искали его в лесу. Но только после позднего январского рассвета заметил его один из валлонцев. Он висел, как привидение, весь запорошенный снегом. Самый крепкий из валлонцев разулся, скинул куртку и, рискуя сорваться, кое-как взобрался вверх по толстому стволу. Дальше все шло как по маслу. Валлонец-верхолаз бросил полуживому американцу веревку, подтянул его к дереву, обвязал веревкой ствол дерева и спустил летчика на веревке вниз, где его подхватили крепкие и надежные руки друзей.
Американец полез в карман и вытащил большой шелковый платок с надписями под звездно-полосатым флагом на немецком, французском, голландском, фламандском и валлонском языках. Старший из валлонцев прочитал вполголоса, опасливо озираясь: «Я гражданин США. Я не говорю на вашем языке. Пожалуйста, помогите мне спастись… Мое правительство вознаградит вас!..»
Но по лицам валлонцев летчик понял, что им не надо никакой награды, что они готовы спасти его даже ценой своей жизни, что они — его союзники и друзья. И по обмороженным щекам американца покатились крупные горячие слезы — слезы невыносимого облегчения и сердечной благодарности.
А через несколько часов в дверь землянки постучали: ди-ди-ди-да! И в землянку ввалился Эрик со своей интернациональной командой. Возвращаясь с засады на шоссе, они встретили в лесу поджидавших их крестьян с американским летчиком.
— В нашем полку прибыло! — радовался вместе со всеми Король. — Мировой малый! Прыгнул ночью с «черной вдовы», когда она распустила огненный хвост. Всю ночь на сосне провисел, но сдаваться не собирался! Он немного обморозился — надо ему у Алоиза гусиного жира достать. Молодцы валлонцы! Двое в отряд просятся!.. У третьего — дети, но он готов нам сведения давать. Говорят, где-то тут, в деревне, прячутся двое англичан-летчиков, их тоже сбили. Пока немцы не накрыли, надо взять их в наш интернациональный отряд.
Кривой Карл, раздобыв где-то лыжи, уехал по одному ему известному адресу в поисках специалиста, который, по его уверению, не раз подслушивал телефонные разговоры немцев, подключая специальный дешифрователь к телефонным кабелям. Но к утру он вернулся с плохими вестями: этот специалист эвакуировался вслед за американцами.
Под вечер в прояснившемся январском небе появились вдруг, словно пришельцы с иных планет, два реактивных самолета: немецкий «Ме-262» и английский «метеор», который Виктор Кремлев видел впервые. У обоих самолетов из реактивных двигателей вырывались огонь и черный дым, и при первом взгляде казалось, что самолеты горят. С адским ревом и грохотом они нападали друг на друга — самолет с черными крестами и свастикой и самолет с тремя разноцветными кругами — красным, белым и синим, неуклюже бросались во все стороны, трещали пулеметами.
— Дьявольское зрелище! — проговорил, дрожа от волнения, Эрик Худ. — Словно ведьмы на ракетных помелах! Вот оно — лицо будущей войны! Выходит, англичан обогнали немцы…