— «Сандерболты», — сказал Эрик. — Конструкция Александра Квартвели. Производство фирмы «Рипаблик».
— Наши не хуже, — проворчал Виктор.
По шоссе мчался фольксвагеновский штабной вездеход — «кубельваген» на жаргоне вермахта. Дорога в этот час была пустынной. С утра гремели бомбежки за лесом. Повсюду летали ами, и немцев с дороги как метлой смело. В хорошую погоду они, ясное дело, смогут ездить в прифронтовой полосе лишь ночью. Но эти, в «кубельвагене», рассчитывали, видно, что американцы не станут гоняться за единичкой машиной, пожалеют тратить на нее бензин или бомбу. К тому же, наверное, пассажиров этой штабной машины гнали вперед какие-то неотложные, экстренные дела, ради которых приходилось рисковать головой. И эти дела определенно интересовали Виктора.
— Этот будет тринадцатым, — прошептал Виктор и, оставив Эрика для прикрытия в десяти шагах от шоссе, чтобы тот не наследил своими бутсами близ дороги, сам вышел на шоссе, встал посреди дороги в своем маскировочном белом костюме, опустил лишь капюшон, чтобы была видна офицерская фуражка с орлом вермахта, кокардой и серебряным шнуром, и властным жестом левой руки в офицерской замшевой перчатке остановил машину, еще издали обратив внимание на рунические семерки перед ее номером.
В «кубельвагене» сидел за эсэсманом-водителем СС-гауптшарфюрер, что-то вроде фельдфебеля Ваффен СС. Щурясь, с некоторым беспокойством глядел он на одинокого офицера, остановившего его машину посреди леса, но, чтобы не выдать свою тревогу, не потянулся ни к штурмовому автомату, лежавшему справа на сиденье, ни к парабеллуму на левом боку.
— Мне в Сен-Вит, — тоном, не терпящим возражений, спокойно проговорил по-немецки Виктор. — Впереди дорога разрушена бомбами. — Он сел рядом с офицером, с интересом взглянув на его туго набитую полевую сумку. — Я покажу вам объезд. Вам повезло, что вы встретили меня. Первый поворот направо…
Гауптшарфюрер молчал, смущенный и этой встречей в лесу, и непонятным акцентом офицера. Впрочем, кого только не навербовали теперь в вермахт и даже СС — монголов, арабов, индусов!..
Когда «кубельваген» съехал на просеку, Виктор вскинул автомат. Черное дуло плюнуло короткой очередью в затылок водителя.
— Хенде хох! — приказал он перепуганному гауптшарфюреру.
Вместе с «языком» Виктор взял его оружие, полевую сумку, небольшой чемоданчик и солдатский ранец с вывернутой наружу рыжей телячьей шерстью. В нем что-то приятно, домовито и многообещающе булькало. Все это вместе с термосом он заставил нести гауптшарфюрера, находившегося по понятным причинам в состоянии тяжелейшего шока.
Бледный от волнения, Эрик поглядел на пленника, на горевший на просеке «кубельваген» и тихо, с какой-то растерянной улыбкой сказал Виктору:
— Поздравляю с чертовой дюжиной!
Услышав американскую речь, эсэсовец вздрогнул, и что-то похожее на надежду озарило мельком землистого цвета лицо. Он еще не понимал, что ему непоправимо не повезло.
В квартале, где американцы бросили оружие, Виктор и Эрик отобрали два офицерских карабина, два БАРа и даже один ЛМГ — легкий пулемет.
— Все это пригодится в нашем отряде! — сказал Виктор, не спуская глаз с пленника.
— О, это отличное оружие, — с воодушевлением заговорил Эрик, отряхивая пулемет от хвойных игл. — Пятьсот выстрелов в минуту. С воздушным охлаждением. Как раз рекомендуется для действий в гористо-лесистой местности. — Он понизил голос: — А я боялся, что ты заставишь пленного проверить, нету ли тут мин.
Виктор бросил на него испытующий взгляд и навьючил разряженные им пулемет ЛМГ и БАРы на пленника.