Что же касается самого вокзала, то он ничем особенно не радует. Он не столько низок, сколько приземлен, почти без цоколя, его пол чуть ли не заодно с поверхностью тротуара, и когда идет сильный дождь, потоки воды грозят ворваться в здание. Зато наверху стоят громадные каменные фигуры: колхозница, летчик, танкист, рабочий, ученый, кто-то там еще. Несмотря на парадные позы, они настолько жизнеподобны в своем ползучем натурализме, настолько лишены образного значения, что воспринимаются как заблудившиеся пассажиры, и хочется крикнуть: «Эй, чего туда забрались? Упадете еще…»
Заново отстроена вся левобережная часть города, где до войны, если не считать заводов, существовали лишь убогие строения деревенского или временного типа. Теперь левый берег — это крупный и благоустроенный район.
Война разрушила не только здания. Погибли парки и скверы, которыми издавна славился Воронеж. Теперь все они восстановлены. В городском Парке культуры и отдыха комсомольцы построили своими руками прекрасный Зеленый театр. Чудесен пионерский парк, где все, от подстриженных кустарников до витрин, отражающих производственную деятельность народа, проникнуто любовью к порядку, красоте и труду.
А неподалеку отсюда в конце главной улицы Воронежа — проспекта Революции — расположен небольшой сквер, носящий название Петровского. Отсюда ведет спуск в низину, в пойму реки, туда, где в конце XVII и начале XVIII века работала созданная по воле Петра I военная судостроительная верфь. Она была расположена на острове между двумя рукавами реки, а напротив нее на берегу стоял дворец государя.
По свидетельству историков, Петр приезжал в Воронеж не менее 13 раз, задерживался здесь подолгу, руководил работами в мастерских и нередко сам брал топор в руки. Это был человек великой энергии и неукротимого темперамента. Об огромной широте его государственных замыслов, о смелости и самостоятельности его ума, требовавшего личного знакомства с действительностью, говорит его подвижность, его постоянные и дальние разъезды за границей и по своей стране. Сколько зла причинило России самодержавие: ведь при нем только раз за несколько столетий к управлению государством смог прийти человек, наделенный для этого нужными качествами!
Проспект Революции восстановлен приблизительно в его прежнем виде. Он снова украшен густой зеленью деревьев, нарядными витринами магазинов. Теплыми вечерами проспект запружен толпами гуляющих — здесь уже начинает внедряться южный обычай прогулок по главной улице.
Приметы юга появляются и на окраинных улицах, сохранивших свой традиционный облик: их одноэтажные кирпичные домики с небольшими усадьбами не стоят в глубине палисадников, как на севере, а выходят фасадами на улицу, и заборы соединяют углы домов.
Таким предстал перед нами Воронеж. Надеюсь, воронежцы не обидятся на некоторые критические замечания об их городе, тем более, что ведь не от них исходили архитектурные увлечения недавнего прошлого. А в том, что зависело от самих горожан, они проявили себя героически.
Когда весной 1943 года они вернулись на родное пепелище, все лежало в развалинах. Электростанции не было, водопровода не было, топлива не было. Ничего не было. Из всего жилого фонда уцелело приблизительно пять процентов. Ютились в подвалах, в сараях, строили хибарки из всего, что попадало под руку. Еще и сейчас жилищная проблема решена далеко не полностью, но за последние годы строительство движется очень быстро. В 1956 году было построено 67 тысяч квадратных метров жилой площади, а в 1959 году 200 тысяч. Всего за семилетку будет построено 1,3 миллиона квадратных метров жилья, то есть столько же, сколько составлял весь жилой фонд довоенного Воронежа, если не больше.
Если же говорить о промышленности, то после войны не только восстановлены все старые производства, но и созданы некоторые новые.
Как делаются шины
Заводы синтетического каучука и шинный расположены за рекой Воронеж. Сама река невелика, но пойма ее занимает в ширину ровно полтора километра. Вынашивается проект ее затопления. Если он осуществится, здесь образуется большое озеро. На нем воронежцы смогут заниматься всеми видами водного спорта, включая парусный и рыбную ловлю. Вокруг озера расположится зеленая зона отдыха. Домики, которые мы видим там, в низине, очевидно, придется перенести повыше.
Дорогу на шинный завод найти легко: навстречу то и дело едут грузовики, с верхом набитые новенькими черными автопокрышками. После необходимых формальностей отправляемся по цехам. Производство начинается с получения резиновой массы: разогретый каучук смешивается с мелом и сажей. Одновременно добавляется сера, пока что в виде механической примеси. Только впоследствии, когда дойдет дело до вулканизации, эта сера свяжется с коллоидным каучуком и превратит сырую, пластичную резину в резину эластичную.