МИХАИЛ ВОРОНОВ
— Папа! Папа! Смотри как я могу!!! — сынок с энтузиазмом карабкается на вершину альпинисткой горки в детском центре. — А теперь вот так! — сынок отпускает руки и на страховочной веревке спрыгивает оттуда, ловко отталкиваясь ногами от стены. Я снимаю все это на память на смартфон. С сыном мы видимся редко, а я скучаю по Коле.
Сотрудник парка помогает ему снять с себя снаряжение и каску, и Коля убегает куда-то вглубь, играть с другими детьми. Я сижу за столиком в кафе при парке, потягиваю капучино.
Уже неделя прошла с момента инцидента в больнице. Ребенка Овечкиной спасли. Я не приезжаю к ней — не хочу ее видеть, но продолжаю получать регулярные отчеты о ее здоровье. Малыш развивается как надо, и Овечкина не думает делать аборт. М-да, такими темпами, скоро я буду гулять с двумя детьми… Так, Воронов, что за дебильные мысли? Ребенок Овечкиной — это ее проблема и меня это не касается. Я обозначил свои границы и нарушать их не позволю даже себе.
— Папа! Папа! — носится Коля за перегородкой, радостно размахивая добытым откуда-то воздушным шариком.
— Играй, сынок! — улыбаюсь я, и тут же думаю о малыше в животе Кристины. Чем он будет хуже Коли? Он точно так же зачат мною, и в нем будет течь моя кровь. Вот, засада! Но я справлюсь. Не дам больше себя облапошить. Хочет Овечкина, пусть рожает. Я не могу насильно сделать ей аборт. Вот только участвовать в жизни сына или дочери я не собираюсь. Тут я умываю руки. Умываю, я сказал!
Глава 16
КРИСТИНА
— И что тебе, прямо совсем никуда? — мой брата Витя подхватывает сумки с вещами, и идет со мной на стойку рецепшен за выпиской для больничного.
— Нет, Вить, я рассталась с Лёшкой, он выгнал меня из дома и избил…
— Вот, козел! — искренне негодует Витя, — Ну ладно, поживешь пока у нас, а там подумаем.
— Спасибо тебе! — искренне радуюсь я.
Мне отдают документы. Мы идем в сторону выхода. Я хватаюсь за ручку двери и еле успеваю отскочить — меня сметает ураганом в буквальном смысле. Кирилл Захарович, второй гендир нашей компании влетает в холл клиники точно на реактивной тяге. За ним, вся заплаканная и опухшая, еле семенит его секретарша. Та самая рыжеволосая красавица — Ангелина Красавина.
Кирилл Захарович зол как тысяча демонов, прямо как его братец. Быть постоянно разгневанными и раздраженными, это прямо их с Михаилом семейная черта.
С Ангелиной мы встречаемся взглядами. Я улыбаюсь ей и киваю, как знакомой. Она лишь краснеет, тихо здоровается со мной, и испуганно опустив взгляд, семенит за Вороновым-младшим. Интересно, что у них произошло, раз им пришлось тоже приехать в клинику?!
— И надолго ты к нам? — без малейшей радости в голосе интересует Надя, жена моего брата.
Разуваюсь. Мне стыдно и не приятно за такой прием. Надя могла бы и поздороваться для приличия, но выбирать мне не приходится.
— Она еще не знает, Надюш, — приходит мне на выручку брат. — Поживет пока, а там видно будет.
— Все у тебя, Виктор, видно будет! — возмущается женщина, гневно сдирая с себя засаленный фартук. Ничего что нас пятеро в трешке живет? Куда еще одного человека?
— В зал, Надя. Кристина — моя сестра, и мы между прочим живем в родительской квартире, Кристина имеет право тут находиться.
Краснею еще больше. Вообще, Виктор прав, но есть одно огромное «но».
— Но ипотеку за квартиру платишь ты! — озвучивает то самое «но» моя золовка.
— Все равно, у Кристины есть доля в этой квартире, чего ты Надя развозмущалась? Свою сестру я под мост должен по-твоему отправить жить?
— Надь. — тихо подаю я голос, — Я вас не стесню. Я работаю с утра до вечера, в ваши комнаты лезть не буду. Поживу пока, а там решу, что и как.
— Работает она с утра до вечера, — все никак не уймется мегера, — а будешь приходить на все готовое? Нет уж! Составим график уборки и готовки! И за детьми присматривать будешь!
— Хорошо. — покорно соглашаюсь я.
Во-первых, у меня нет особо выбора. А помогать готовить и убирать я собиралась и сама, безо всяких условий.
Глава 17
МИХАИЛ ВОРОНОВ
Овечкину выписали из больницы, и она уже должна быть на работе в офисе. Это не должно меня волновать, но я с утра сам не свой. Отчего-то это меня и волнует, и трогает.
Еще секретарша жестко тупит и раздражает меня неимоверно. У нас командировка в Сочи на носу, а лететь с ней в качестве помощницы нет никакого желания. Надо ее менять. Она не справляется со своими обязанностями.