Наконец-то! Дела наши шли как нельзя лучше. Мы получили сообщение, что 30 октября под Мелитополем на сторону Советской Армии почти в полном составе перешла словацкая дивизия. Мы послали туда трех своих парашютистов четаржей Блажичку и Грюна и десятника Юрая Лакоту с листовками и фотографиями словацких товарищей, которые уже раньше во главе с Павлом Марцелли перешли на сторону советских войск, а также с моим личным письмом командиру дивизии генералу Юреху.
Первоначально планировалось, что в боях за Киев бригада будет наступать во втором эшелоне на правом фланге 38-й армии, то есть как бы снова повторялось предложение генерал-полковника Голикова, который в свое время, желая уберечь нас от потерь под Харьковом, направил на менее трудный участок фронта - против венгерско-фашистских частей. Но как тогда, так и теперь мы с этим не согласились. Я прибыл к командующему армией генерал-лейтенанту Чибисову и доложил:
- Я не согласен наступать во втором эшелоне и лишь обеспечивать правый фланг тридцать восьмой армии. Поймите настроение чехословацких воинов. Ведь мы идем на Киев, и наступление на него для нас - наступление на вражеские позиции перед Прагой. Ваша борьба - наша борьба. Пусть нас мало, не мы хотим сражаться бок о бок с вами. Нельзя допустить, чтобы вы одни тянули всю повозку войны, а мы бы в ней только катились. Мы желаем наступать в первом эшелоне.
- Тогда прошу, выберите сами направление своего наступления, - сказал генерал Чибисов, показывая на карту.
На оперативной карте я отметил, где бы мы хотели действовать.
- Но ведь это направление главного удара! - возразил командующий армией.
- Знаю, - отвечал я. - Но если нам будет оказано такое доверие, мы оправдаем его. Свою боевую задачу выполним с честью.
Генерал-лейтенант Чибисов наконец согласился, хотя и с оговоркой, что он должен выяснить, не будет ли возражений у командования фронта. Командующий фронтом генерал Ватутин и член Военного совета Н. С. Хрущев не возражали. Таким образом, вскоре на карте появилась вытянутая дугообразная стрела, которая указывала направление нашего наступления к центру Киева, к центру города, напоминающего Прагу не только размерами и численностью населения, но и архитектурой и своим расположением на берегу реки, своими районами Вышгородом и Подолом, очень близкими по названию к нашим Вышеграду и Подоли. Киев - прекрасный, величественный город. Киев - столица Советской Украины - издавна близок нашим людям.
Перед самым началом операции генерала Чибисова отозвали в Москву и назначили на должность начальника Военной академии имени М. В. Фрунзе. Командование 38-й армией принял генерал-полковник К. С. Москаленко.
Я снова обошел подразделения бригады, поговорил с воинами, ответил на их вопросы, дал последние указания и советы. Убедившись еще раз, что части и подразделения бригады хорошо подготовлены к предстоящим боям, напутствовал воинов:
- Сражайтесь за Киев так, как вы стали бы сражаться за Прагу и Братиславу. Именем наших народов и тысяч убитых и замученных - не щадите врага!
Последние слова были произнесены под грохот начавшегося могучего артиллерийского наступления, которое открыли гвардейские минометы - катюши. Советская артиллерия, плотность которой здесь достигала 350 артиллерийских орудий на километр фронта, не считая минометов и катюш, в течение 40 минут вела непрерывный огонь по оборонительным позициям врага. В результате оборона гитлеровцев была буквально взорвана, а немногие оставшиеся в живых фашисты обезумели от ужаса. Да, этого Гитлер и его стратеги не ожидали. Фашисты были убеждены, что им удастся перезимовать за Днепром, что "восточный вал" выдержит напор советских войск и задержит их наступление самое меньшее на полгода. Чтобы возможно больше затруднить советским соединениям наступление в зимних условиях, гитлеровцы выжгли все населенные пункты в 20-30-километровой полосе к востоку от Днепра.
Такого мощного наступления советских войск не ожидали и стратеги союзнического Запада, а тем более военные и политические деятели чехословацкого эмигрантского правительства в Лондоне.
В артиллерийской подготовке при прорыве обороны противника принимал участие 1-й артиллерийский дивизион нашей бригады. Дивизион подавил две вражеские артиллерийские батареи и одну минометную. За время артподготовки дивизион выпустил 3133 снаряда.
В ночь на 4 ноября бригада по заболоченным дорогам переместилась в лес юго-западнее Вышгорода. Утром 5 ноября в тесном взаимодействии с советскими частями мы отразили контратаку врага со стороны Приорки. Накануне войска 38-й армии прорвали обороту противника у Вышгорода и ночью овладели Детским санаторием, откуда мы через несколько минут должны были наступать.
Незадолго до начала наступления мы потеряли ценного человека, моего помощника поручика Константина Гибнера. Гибнер поддерживал связь со штабом 38-й армии. На пути в штаб 51-го корпуса он подорвался на мине. Так оборвалась жизнь молодого патриота, коммуниста и способного инженера-химика, который пришел к нам в Бузулук и участвовал в боях 1-го батальона под Соколово. Погиб Костя - веселый, остроумный и мужественный офицер, его любил весь личный состав бригады. Он дошел до предместья Киева, но увидел его колокольни только издали, с советского артиллерийского наблюдательного пункта.
Вскоре мы убедились в том, что нам действительно оказано большое доверие и что мы действуем на направлении главного удара. В то время как на правом фланге 38-й армии танковым частям удалось занять Беличи и выйти к шоссе Киев - Житомир, продвижение в полосе наступления 51-го корпуса замедлилось. Здесь противник оказал особенно упорное сопротивление. Мы знали, что действуем на наиболее ответственном направлении, помнили, что сами просили командование 1-го Украинского фронта использовать нашу бригаду на направлении главного удара, о своем обещании, данном через командующего 38-й армией Н. С. Хрущеву и Н. Ф. Ватутину. Разве можно обмануть их доверие, изменить слову? Нет! Мы будем такими, как автоматчики Сохора, защитники Соколово, гвардейцы Билютина, как 507 героев, вырвавших у ошеломленного врага первые метры Правобережной Украины севернее Киева. Задача должна быть выполнена, и она будет выполнена во что бы то ни стало!
5 ноября 1943 года под сильным минометным и артиллерийским огнем 1-я Чехословацкая бригада заняла исходное положение для наступления на Киев в районе Детского санатория. Бригада действовала в полосе 51-го советского стрелкового корпуса, которым в то время командовал Герой Советского Союза генерал-майор Авдеенко. Справа наступала 136-я, слева - 240-я стрелковые дивизии.
Начало наступления было назначено на 12.30. Последние минуты перед наступлением особенно томительны. Глаза внимательно следят за стрелками часов, сердце бьется чаще, горло перехватывает от волнения. Последние десять секунд. Внимание! 12.30. Вперед!
Справа одновременно с нами атаковали 12 танков, поддерживающих 136-ю дивизию; мы шли вперед и невольно то и дело поднимали головы, чтобы взглянуть на штурмовики, которые советское командование выделило для поддержки нашего наступления. Левофланговый батальон нашей бригады продвигается медленно. Ожесточенное сопротивление фашистов сдерживало наступление 931-го стрелкового полка 240-й дивизии, но ждать было нельзя. Самая лучшая помощь соседу - это собственное энергичное продвижение; однако с каждым шагом все более увеличивался разрыв нашего левофлангового батальона с соседом. Вперед! Только вперед! Наступление развивалось успешно; наши танки вместе с десантом - автоматчиками поручика Антонина Сохора - наступали впереди пехоты. Танкисты и автоматчики уже вышли на рубеж ближайшей задачи бригады. Из-за ураганного огня противника со стороны Приорки 2-й батальон оказался несколько позади. Однако бойцы старались не отставать от советских воинов, наступающих справа.
Выполнив ближайшую задачу, 2-й батальон остановился перед глубоким и широким противотанковым рвом, прикрытым минным заграждением. Саперы получили задание проделать проходы. Они действовали умело: быстро обезвредили противотанковые и противопехотные мины, проделали проход через противотанковый ров.