К вопросу о сослагательном наклонении. Если мы суммируем все вышесказанное и зададимся вопросом, были ли у командования Юго-Западного фронта реальные шансы ударами механизированных корпусов окружить наступающих немцев, ответ будет отрицательным. Точнее, выход на коммуникации 1–й танковой группы при массированном применении механизированных корпусов во взаимодействии со стрелковыми корпусами был возможен. Куда труднее было сколько-нибудь долго удержать этот «мешок». У М. П. Кирпоноса и М. А. Пуркаева просто не было достаточно пехоты для создания плотного кольца окружения. Нажим пехотных дивизий с запада и удары танковых дивизий изнутри кольца окружения на периметре в несколько десятков километров сдерживать было нечем. Командование Юго-Западного фронта могло бы добиться больших результатов, но в целом количество ошибок и глупостей было не слишком большим. Другой вопрос, что стратегическая обстановка не позволяла парировать эти глупости иными средствами (проще говоря — вводом в бой свежих сил), как это было в июле 1943 г.
Приграничное сражение разрушило надежды советской стороны на то, что война будет легкой. Но оно не разрушило надежды на то, что удастся каким-то одним средством быстро изменить ситуацию в свою пользу. Казалось, что результата, которого не добились сотни танков механизированных корпусов и сотни «сталинских соколов», можно будет достичь с помощью бетонных коробок на старой границе. Эти надежды тоже были вскоре разрушены, и штаб Юго-Западного фронта, лишенный последних иллюзий, стал дерзким и сильным игроком 1941 г.
Глава 3
«Старая крепость»
Гроза на Южном фронте. Самым значительным событием первых дней июля была резкая активизация боевых действий в полосе Южного фронта. 11 немецкая армия, сосредоточивавшаяся в Румынии, начала выполнение плана «Мюнхен». В ожидании этого важного события советское командование находилось в положении гадалки, пытаясь выявить точку, в которой будет нанесен удар. Чаще всего такие гадания были подобны игре в «русскую рулетку» с шестью патронами в барабане Нагана и всего одной пустой каморой. В начале июля 1941 г. напротив ствола оказался боевой патрон. Командование Южного фронта вскрыть направление главного удара противника не сумело. Также были переоценены задействованные на этом направлении силы. В разведсводке штаба фронта от 2 июля сообщалось, что основные силы противника в составе 9–10 дивизий, в том числе 5–6 танковых и моторизованных, сосредоточились в районе Стефанешти. Фактически же там находилось пять пехотных дивизий и пять бригад, в том числе одна танковая, насчитывавшая 60 танков. Разведка же фронта предполагала наличие в ударной группировке 900–960 танков. Причиной этого была неэффективность воздушной разведки, в данном случае не прояснявшей обстановку, а дезинформировавшей высшее руководство.
Промахи разведки привели к наиболее распространенной ошибке 1941 г. — неверной оценке глубины намечавшегося противником охвата. Предполагалось, что немцы предпримут удар на окружение войск Юго-Западного фронта из полосы Южного фронта на небольшую глубину. И. В. Тюленев фактически зеркально повторял предположения М. П. Кирпоноса о задуманном немцами окружении перед старой границей. В результате этого наиболее сильная и глубоко эшелонированная группировка войск Южного фронта была создана в полосе 18–й армии, на каменец — подольском направлении, то есть на южном фасе львовского выступа. Там находилось шесть стрелковых дивизий и 16–й механизированный корпус. Предполагалось, что немцы поведут наступление в северном направлении, через Каменец — Подольский, навстречу 1–й танковой группе. Однако планы командования группы армий «Юг» были другими. Главные удары должны были наноситься в восточном направлении с последующим развитием наступления на Винницу, в глубокий тыл Юго-Западного фронта. Против ударного кулака 11 армии, на правом фланге 9–й армии, осталось в первом эшелоне только две стрелковые дивизии. Против них только в первом эшелоне развернулись шесть пехотных дивизий и две кавалерийские бригады. В наиболее тяжелом положении оказалась 176–я стрелковая дивизия. Против нее наступали: 76, 22, 239 немецкие пехотные дивизии, танковая бригада, а затем и 6 румынская пехотная дивизия.