Именно потому и не велел бомбить Эдирне, вдруг на «брата» небесный «гостинец» упадёт. Европейские революционеры сей широкий жест отметили и зло и едко высмеяли «товарищество тиранов», которые даже воюя, принося в жертву Марсу сотни тысяч жизней подданных, друг дружку берегут.
Аккурат 1 ноября телеграф отстучал депешу от великого князя Владимира Константиновича, перенёсшего Штаб Черноморского флота из Севастополя в Царьград и там пребывающего — Абдул- Хамид запросил перемирия на два месяца и просит прислать в Эдирне на переговоры генерал-адмирала. А вот хрен то там! Начальник Генерального Штаба генерал Легостаев войну планировал, ему и её завершать победно на поприще дипломатическом, ещё и светлейшим князем Дарданельским сделаю умника как только мир заключим. Есть чуйка, что повелитель правоверных прикинул силы и возможности и постарается перебраться в Малую Азию, далее воевать «двумя половинками» расчленённой Проливами, лишившейся военного флота стране архисложно. В Эдирне с султаном лучшие войска, если их удастся перебросить на восток, армянам придётся туго, а вот сербы и болгары вздохнут свободно. Ладно, посмотрим, Легостаев уж точно не собирается давать солнечной Болгарии выход к Эгейскому морю, хватит с братУшек черноморских портов. А если турки уйдут из Европы, союзниками России на Балканах, готовыми продолжать войну с «обрезанной» но всё ещё грозной Турцией останутся лишь греки. А посему надо продумать хорошенько, какую помощь следует оказать потомкам Прометея и Геракла, дабы не угомонились они, не перестали терзать осман. М-да, та ещё задачка…
Глава 16
К тридцати пяти годам Олег Константинович поимел первые седые пряди, а на челе вдобавок к двум «основным» морщинам, ещё в студенческие годы образовавшимся от привычки хмуриться во время чтения, прибавилась сетка-паутинка мелких. Как отмечали французы и португальцы, общавшиеся с отставным генералом и дипломатом — с возрастом, так сказать «матерея и мужая», граф Востоков всё больше походил на царственного родителя, даже лёгкая азиатская раскосость ушла вместе с юношеской улыбчивостью и жизнерадостностью.
Конечно и соратники по Особой Экспедиции шептались о невероятном, всё возрастающем сходстве бастарда с государем, но в меру, даже под градусом языки не развязывая. Ладно Олег Константинович строг, так ещё и жандармская команда при начальнике Экспедиции мигом возьмёт на карандаш болтунов.