— Что ты предполагаешь? Кто-то ухитрился влезть во все базы данных и все стереть? — спросил Джастин.
— Такое впечатление, что боевик, которого мы с Джеком обхлопали вчера на автобусной остановке, превратился в Человека-невидимку… Кто знает? С этим типом возможно все, — констатировала Мелани.
— В «Бредне» что-нибудь говорится о том, как он попал в нашу страну? — обратился Керр к Фарго.
Тот сверился с записями.
— Опять-таки там почти ничего нет, кроме номера его паспорта.
— Очень необычно, вам не кажется? — заметил Джастин.
— Да еще при расследовании теракта, совершенного иностранцами? Я бы сказал, что это беспрецедентно, — кивнул Фарго. — По словам его адвоката, он студент-стоматолог, приехал сюда учиться, и… вот удобное совпадение… ребятки Меткафа выясняют, что на следующий семестр для него зарезервировано место в Лондонском университете.
— А при чем здесь «пятерка» и «шестерка»? — недоумевал Ленгтон. — По словам источника Мел, в «Паддингтон-Грин» побывали и те и другие. И Меткаф похвастал, что получает от них задания. Можно предположить, что МИ-6 знала о Джибриле с самого начала. Тогда выходит, что Джо Алленби, прислав тебе ориентировку, действовал против собственной организации.
— Тогда версия, будто его заслали сюда для внедрения, как нашего агента, сходит на нет, — заключил Джастин. — Ахмед Джибрил на стороне ангелов? И думать забудьте.
— Что ты нашел в «Бредне» по его вещам, сообщникам и прочему? — спросил Керр.
— То же самое, что и по всему остальному, — ничего. В списке вещей холщовая сумка и одежда, в которой его арестовали. Обыск на его квартире ничего не дал. Мобильника у него нет. Компьютера тоже.
— Опять Человек-невидимка. Очень подозрительно! — заметил Джастин, не мысливший себе жизни без компьютера.
— Суть вот в чем, — начал Фарго, уже успевший сообщить новость Керру. — Мы вели этого типа, мы наблюдали за ним. Мы считаем, что он — грязный подонок, арестованный на «Паддингтон-Грин», — боевик. Точка. И тем не менее материалы «Бредня» доказывают, что Меткаф и его люди ищут удобный предлог, чтобы его освободить, несмотря на то что им через плечо заглядывают соседи из «пятерки» и «шестерки».
— А может быть, наоборот, именно поэтому.
— Коммандер Уэзеролл тогда подрезала Джибрилу крылья, так что теперь он не полетит, а пойдет на свободу, — с загадочным видом произнес сидящий на полу Джастин.
— Тебе пора еще раз проверить голову. — Мелани дружески легонько пнула его.
Керр потянулся к распечаткам Фарго. Некоторое время все сидели молча, ожидая, пока он прочтет информацию «Бредня».
— Никакого досье нет; не о чем говорить, — произнес Керр через несколько секунд. — И в прошлом ничего. Никаких подробностей допросов! Они даже не пишут, какие вопросы ему задавали. — Он отшвырнул записи. — Итак, что же нам известно? Мы считаем его террористом. В пользу нашей версии говорят Джо Алленби, стертые следы в «Экскалибуре» и то, как он ловко уходил от слежки. Теперь Алленби исчез, а разведданные стерты. — Говорил он стремительно, как будто не раз репетировал свою речь. — Меткаф откровенно халтурит. Бык советуется с политиками, собирается отдать приказ об освобождении потенциального террориста и связывает руки Уэзеролл. — Керр несколько секунд помолчал, готовясь к главному. Наконец он повернулся к Ленгтону: — Джек, завтра суббота. Ты не против прогуляться на восток Лондона, в Мэнор-Парк?
Ленгтон сразу же понял, о чем речь, и вытаращил глаза.
— Хочешь, чтобы я вломился в контору Джулии Баккур, адвоката Джибрила? — Он недоверчиво хохотнул. — Джон, похоже, ты совсем спятил!
— Нам нужно знать, кто дает ей указания и почему, — объяснил Керр.
— Насколько я понимаю, никаких санкций у нас нет, — продолжал Ленгтон. — Я имею в виду такую мелочь, как «Акт о следственных полномочиях».
— Уэзеролл ни за что не согласится ходатайствовать о применении акта в нашем случае. К тому же действовать придется быстро. Все дело не должно занять больше десяти минут. А оттуда надо будет сразу поехать на квартиру Джибрила и выполнить работу Меткафа: прочесать все сверху донизу частым гребнем.