Поднимаясь на чердак по черной лестнице, Керр вдыхал ароматы, плывущие из расположенного внизу ресторана индийской кухни. Толкнув скрипучую дверь плечом, он увидел Джека Ленгтона и Мелани в свитерах и непромокаемых плащах. Сидя на барных табуретах, они управляли тремя камерами на треножниках. Тяжелая оконная сетка, грязная и искусно порванная в нужных местах, обеспечивала максимальный обзор. Чтобы не испортилась аппаратура, Ленгтон наблюдал за домом напротив с помощью приборов ночного видения и наговаривал на диктофон ход наблюдения. Обернувшись, Джек помахал Керру.
— Третий возвращается; несет два оранжевых магазинных пакета. Второй открывает парадную дверь. Они разговаривают. Третий вместе со Вторым входит в дом. Заносит пакеты. Второй выходит из дома и поворачивает налево. Мел, сменишь меня? Время… двадцать один сорок две.
— Есть. — Мелани уже стояла за ним, щелкая быстрые крупные планы; не отвлекаясь ни на минуту, она поздоровалась с Керром. Ленгтон отошел от камер, включил миниатюрный фонарик и зашагал к столу, ловко перепрыгивая через дыры.
— Ты поосторожнее, Джон. Тут не пол, а смертельная ловушка.
Керр на цыпочках подошел к окну и посмотрел в видоискатель. На той стороне улицы стоял ряд домов Викторианской эпохи. Некоторые были поделены на две квартиры: на первом и втором этажах. Чуть в стороне стояли небольшие особнячки, выгодно отличавшиеся от своих соседей. У них были заботливо выкрашены парадные двери, окна с двойными рамами. На освещенных крылечках стояли ящики с цветами. Они резко контрастировали с жалкими развалюхами, которые сдавались внаем. На крышах в таких домах недоставало черепицы, ступеньки на крылечках были выщерблены. Дом, в котором обитал Хан, был как раз таким. В крошечном палисаднике стояли потрескавшийся серый мусорный бак и выброшенный диван; рядом притулился мотороллер «Кобра»; черная кованая калитка слетела с нижней петли. Мимо навстречу друг другу проехали два двухэтажных автобуса, на несколько секунд закрыв Керру вид.
— Что они там делают? — спросил он. Третий скрылся внутри и закрыл за собой обшарпанную дверь, зато Самир Хан был как на ладони: он шагал по улице.
— Похоже, обычные хозяйственные дела. Здесь много молодежи. Кое-кого мы знаем; у них приводы за уличные кражи, грабежи и нападения. Третий в прошлом году отсидел за сексуальное домогательство. Так как на мотороллере ездят трое, скорее всего, он не застрахован. Джон, я бы назвала их обычной шпаной, а не экстремистами. Вот Хан — дело другое. Он очень осторожен и все время озирается по сторонам. Совсем как Джибрил.
Мелани ловко сделала четыре крупных плана. Керр не сводил взгляда с Хана. Он был одет в джинсы, кроссовки и черный свитер; на вид Керр дал бы ему лет двадцать пять — двадцать восемь.
— А как Хан связан с покушением на теракт в самолете? — спросил он.
— Общался с террористами по электронной почте, — ответил Ленгтон, наливая кофе.
— Неверно, — уточнила Мелани, делая еще два снимка. — Они общались на Фейсбуке.
— Кто-нибудь может объяснить, почему этот тип не в тюрьме? — спросил Керр, не сводя взгляда с объекта.
— Очевидно, Самир Хан не участвовал в заговоре. Он дружил с приятелем сообщника главаря, только и всего. В МИ-5 утверждают, что им тогда пришлось хватать тех крокодилов, которые ближе подплыли к лодке.
— Кстати, сегодня утром я опять звонил Пустельге, он по-прежнему молчит. Мел, устроишь ему завтра за меня выволочку?
— Нет проблем.
Керр наблюдал за Ханом, пока тот не скрылся из вида, затем подошел к Ленгтону, переступив через его мотоциклетный шлем. Ленгтон и ему налил кофе в пластиковую чашку. Керр сел на второй складной стул и развернулся к Мелани.
— Хочешь?
— Она пьет травяной чай, — доложил Ленгтон, когда Мелани покачала головой. Он откинулся на спинку стула, потянулся.
Керр отпил глоток и поморщился.
— Джек, расскажи, в какой совместной операции ты участвовал в субботу. Где МИ-5 ее проводила — в Найтсбридже?