Некоторые виды животных, не встречающиеся обычно в лесу, из-за расширения культурного ландшафта стали проникать и в леса, например трясогузка и серые крысы (или пасюки). Многие виды птиц стали гнездиться возле самой обочины дороги, не обращая внимания на мчащийся мимо транспорт: например, куропатки, полевые жаворонки, а в прибрежных местностях к ним прибавляются еще чибисы и кулики-сороки. Охотно селятся у обочины дороги мыши. Совместно с трупами задавленных колесами животных они служат приманкой для таких хищных птиц, как сороки, вороны, канюки, пустельги, которые присаживаются на шоссе, а потом не могут достаточно быстро взлететь при приближении несущегося автомобиля. Таким образом и они становятся жертвами уличного движения.
В Вайоминге был такой случай. Сидящего посреди дороги на мертвом кролике беркута сбила машина. Громадная птица подлетела кверху и вышибла ветровое стекло. Водитель остался цел и невредим, а упавший на заднее сиденье беркут просидел там еще несколько часов в совершенно растрепанных чувствах и никак не мог прийти в себя. Потом он все-таки собрался с духом и вылетел в окно. На сей раз обе стороны пострадали не так уж сильно: водитель поплатился ветровым стеклом, беркут же отделался легким испугом.
Бывает, что птицы научаются извлекать некоторую выгоду из дорожного строительства. Известны ласточки, пролетающие вслед за машинами по длинному туннелю Санкт-Бернгарда, сокращая себе таким образом долгий окольный путь через высокие горные хребты. Но это только редкий случай, не получивший широкого распространения в мире пернатых. Гораздо чаще, к сожалению, случаются неприятности, которые таит в себе дорога. Так, в начале двадцатых годов, когда только стали появляться асфальтированные шоссе, стаи уток и гагар, приняв с высоты новый поблескивающий на солнце асфальт за водную гладь реки, с размаху врезались в него и разбивались в лепешку. Теперь они, к счастью, уже давно научились отличать реки от асфальтированных дорог.
И хотя обочины автострад и проселочных дорог не используются сельским хозяйством и могли бы быть спокойно предоставлены в качестве жизненного пространства многим мелким видам животных, но… Но и здесь им не уцелеть. Даже если они научились увертываться от колес мчащихся мимо железных чудовищ, они все равно будут погибать из-за ядовитых соединений свинца в выхлопных газах, отходов снашиваемой резины колес и других отравляющих веществ, которые содержатся, например, в варе и битуме, входящих в состав дорожных покрытий. Да, плохо приходится «придорожной» фауне и флоре. Ведь нельзя забывать, что их помимо этого еще травят всяческими ядохимикатами, предназначающимися по недомыслию для борьбы с вредителями. Ведь вместе с «вредными» погибают одновременно и все полезные насекомые, рыбы и мелкие наземные зверюшки. Уже около тридцати придорожных видов растений исчезло из-за этого без следа.
К сожалению, в нашей стране невозможно даже провести соответствующие анализы, которые помогли бы установить, в каких дозах подобные яды накапливаются в организмах животных. Нашим специалистам приходится, как правило, возить свои пробы в Голландию или еще куда-нибудь за границу, чтобы произвести необходимые исследования. А у нас дома, по-видимому, не хотят чинить нежелательные препоны изготовителям подобных отравляющих веществ.
Вот так-то проявляет себя искусственное и ах как горячо любимое существо, которым мы, люди, дополнили набор всех живых творений мироздания. Уж не говоря об участившихся заболеваниях раком, о тугоухости и многих других недугах человечества, которым способствовало появление автомобиля. Но ведь все наши изобретения так невинны, так насущно необходимы! Возьмите хотя бы атомные подводные лодки или нейтронные бомбы…
Глава 20. Быль и небыль о зимородках
Если сегодня спросить у ста немцев, приходилось ли им когда-либо видеть у ручья голубого зимородка, то девяносто семь из них наверняка вынуждены будут ответить «нет». А ведь это одна из наших самых пестрых и бросающихся в глаза птичек.
Дословный перевод научного названия, которое еще древние греки дали этой прелестной, с блестящим ярким оперением птичке, означает «приносящая потомство в воде». По греческим преданиям, богиня Альциона, узнав, что супруг ее Кейке — сын Вечерней звезды — утонул, в отчаянии бросилась вслед за ним в пучину вод. Из сострадания боги превратили верную супружескую пару в зимородков.