— Что… что это было? — хрипло прошептала я, ухватившись за рукав камзола Рофиуса.
— Это был зов крови, — насмешливо ответил вампир, проводя рукой по моей шее.
Только сейчас я осознала, что лежу в его объятиях, крепко прижавшись к нему. Дождь все так же поливал землю нескончаемым потоком прохладной воды. Но трясло меня отнюдь не от холода, а от волнующей близости опасного хищника.
— Урок еще не закончен? — зачаровано прошептала я, глядя в темноту, скрывавшую лицо вампира.
— Урок только начинается…
Замерев в предвкушении, я отчаянно желала развязки. Где-то глубоко, в самых потаенных уголках разума, словно вымпел горело предупреждение об опасности, но подчиненная чуждой силе, воля отказывалась прислушиваться. Ощущая на себе самую сильную магию — магию подчинения, я с готовностью отдавала себя на милость этого существа.
Острые клыки царапнули мою шею, вырвав из меня крик удовольствия. Меня трясло как в лихорадке, губы пересохли, а в голове билось лишь одно желание: я отчаянно хотела принять смерть от его руки!
— Скажи мне чего ты хочешь, Аринель, — раздавшийся у самого уха голос прошел электрическим разрядом через все тело.
— Убей меня, — сорвавшийся с губ хрип, мало чем напоминал мой голос, но на большее я не была способна.
— Не в этот раз, — прозвучало насмешливое.
И все закончилось: теплые руки отпустили меня, позволив безвольно повалиться на землю, кокон, окутывавший мое сознание, исчез, оставив после себя звенящую пустоту. Я с трудом открыла глаза, наткнувшись на спокойный, даже несколько отрешенный взгляд Рофиуса. Я чувствовала себя вывернутой на изнанку, а стыд за проявленную слабость метался диким зверем внутри меня, раздирая острыми когтями душу. Я попыталась сесть, дрожавшее от слабости тело повиновалось мне лишь с третьей попытки.
— Теперь вы знаете, что такое зов крови, леди, — официальный тон Рофиуса стал последней каплей в ведре ледяной воды, вылившейся на меня, отрезвляя и приводя в чувство.
— К чему все это? — недоуменно прошептала я, сотрясаясь в беззвучных рыданиях. — Вы… вы жестоки…
Что могла сказать я? Оскорбить, по-детски обозвать, кинуться в драку? Что это дало бы? Ничего… Раздавленная, униженная, выжатая до суха, я все еще вздрагивала, вспоминая то наслаждение, которое дарил мне вампир всего несколько мгновений назад.
— Это оправдано, — уверено заявил мэтр, подхватывая меня на руки.
— Вы могли убить меня, — внутренне сжимаясь, пролепетала я, борясь с подкатившими к горлу слезами.
— Нет, не мог, — категорично заявил Рофиус, унося меня в пустоту. — Это право принадлежит не мне.
И это был тот самый ответ, которого я ждала от него. Сомневаюсь, что мэтр случайно сболтнул лишнее. Скорее, это была награда, своего рода утешительный приз, который я заработала в это вечер. Но в тот момент я как никогда ранее мечтала оказаться далеко отсюда, так далеко, как только возможно.
Несколько часов назад расцвело. Дождь прекратился, но капризное осеннее солнце так и не осчастливило нас своим присутствием. Двигаться по размокшей дороге было сложно, но терпимо. Эльфы, так те вовсе, казалось, не испытывали никаких неудобств.
Лисса несколько раз пыталась завести разговор, но я под любым предлогом избегала откровений. Не сейчас, только не теперь, когда весь ужас произошедшего окончательно дошел до моего сознания.
— Об этой глупости я доложу в своем рапорте, — прорычал накануне Лимаэль, нависая надо мной. Мое позорное возвращение в полубессознательном состоянии вызвало шок.
Лисса была напугана до дрожи, в ужасе косясь на вампира, эльфы же напротив, открыто выказывали неодобрение, но недовольны они были отнюдь не поведением Рофиуса, а моей собственной неосмотрительностью.
Сейчас меня мало заботила реакция Принца на произошедшее, мысли мои были заняты собственной беспечностью, едва не закончившейся фатально. Да и последние слова мэтра стали настоящим паразитом, впившимся в мой мозг. Значит, я не схожу с ума, и не страдаю манией преследования. К нашей теплой компании незаметно присоединился кто-то еще, кто-то неизвестный, а от того наиболее опасный.
— Аринель, прошу, поговори со мной, — тихо обратилась ко мне девушка, выдергивая меня из водоворота мрачных мыслей.
— Не о чем говорить, — равнодушно пожала плечами я. — Ты можешь не беспокоится о себе, вампир не тронет тебя.
— Ты так думаешь? — взвилась девушка. — Ты думаешь, что я беспокоюсь о себе?
— Прости, я не хотела тебя обидеть, — виновато потупилась я.