— Ты наделала много шума в первую нашу встречу. — Легкая укоризна в его голосе заставила застыдиться и припомнить все совершенные мною грехи.
— Я не специально. — Ну вот, снова оправдываюсь, видимо, скоро это войдет у меня в привычку.
— Разумеется. Нужно было тебя подготовить, прежде чем знакомить с Лесом.
— Как это возможно, то есть я имею в виду нашу предыдущую встречу?
— Очень просто: Лес нашел возможность излить кому-то свою боль, а ты без разрешения, кстати, влезла в мои мысли.
Я удивлено взглянула на Дракона, пораженная его словами.
— Не делай такое лицо, все на самом деле очень просто, вот только ты этого не понимаешь. Твой дар таит в себе огромное количество возможностей, о которых ты даже не подозреваешь. Жаль, что рядом с тобой нет учителя, способного показать, насколько удивителен и многолик твой талант. К этой теме мы вернемся позже, а сейчас… Ты ведь пришла за ответами, не так ли? — Я кивнула. — Что ж, задавай вопросы.
— Кто похитил артефакты? — С места в карьер начала я.
— Нет, нет, нет! Тебя ведь сейчас не это интересует, не так ли? — Со смехом проговорил Миккаэль.
— Не это… — Неохотно призналась я.
Мы все так же брели по засыпанным ровным слоем пуха тропинкам. Дракон время от времени касался того или иного деревца, всякий раз рождая причудливую мелодию, которая нежной пеленой окутывала меня.
— На самом деле у меня накопилась добрая тысяча вопросов, которые мало касаются дела, приведшего меня сюда. Например, что это за место, и почему вы живете отшельником, и…
— Остановись, смертная, — прервал поток вопросов Миккаэль, — давай по порядку. Это место создал я как напоминание о войне и моем в ней участии, живу отшельником в наказание за то, что не смог уберечь свой народ от кровопролития.
— Тогда, этот сад ни что иное, как тюрьма? — С ужасом спросила я.
— Можно сказать и так. Но тюрьма эта выстроена мною, я сам обрек себя на такое жалкое существование из-за ошибки, роковой ошибки.
Что послужило причиной подобной откровенности? Я не могла ответить на этот вопрос, как ни старалась. Вся наша беседа складывалась так, что создавалась атмосфера дружеской непринужденности, словно мы и в самом деле старые друзья, встретившиеся после нескольких лет разлуки. Поведение Золотого Дракона столь разительно отличалось от бессменной холодности и неприязни остальных представителей Высшей расы, так что происходящее больше походило на фарс. От этой мысли мне стало не по себе.
— Зачем вы рассказываете мне это?
— Ты ведь хотела это знать…
На меня словно вылили ушат ледяной воды: все верно, я этого хотела… И все происходит именно так, как я этого хотела: и обстановка, и поведение Дракона, и даже ответы на свои вопросы я знаю заранее! Я медленно подняла глаза на Миккаэля, отступая назад.
— Все это не настоящее, верно? — Глухо спросила я.
Мальчишка исчез, не осталось ни озорной улыбки, ни чертиков в глазах: передо мной стояло каменное изваяние, кусок твердого мрамора.
«Верно. Все, что ты видишь — это лишь плод твоего воображения» — прошелестело у меня в голове.
«Оглянись вокруг…» — я незамедлительно повиновалась. Хрустальный сад исчез, вместо этого я стояла посреди тронного зала.
— Что это? — Вопрос, заданный в пустоту.
«Лишь иллюзия…» — голос, казалось, несся отовсюду.
— Зачем все это? — Чуть не плача, прокричала я.
«Это игра…»
— Прекратите это! — Мой голос позорно срывался на визг.
«А как же твои вопросы?»
Я молчала, лихорадочно ища ответ. В голове царил хаос, закручивая мысли в спираль, нервы напряжены до предела, пот градом стекает по спине… Господь Всемогущий, да что же это?! Трясущимися руками я обхватила себя за плечи в тщетной попытке унять озноб.
— Хватит! Хватит! — Я кричала, умоляя его остановиться.
— Как пожелаешь, — голос прозвучал рядом.
Открыв глаза, я обнаружила, что лежу на полу, сжавшись в комок. Рядом стоял Дракон, с каменным лицом взирая на мои мучения.
— Ты так слаба, так неопытна… — Никаких эмоций, никакого выражения, никаких чувств.
— Что это было? — Прохрипела я.
— Страх. Сила эмпатии.
Сплевывая кровь, я поднялась на колени. Золотой Дракон стоял все там же, не предпринимая никаких попыток помочь мне. Черные одежды Властелина колыхались, словно их обдувал легкий, игривый ветерок, на лице не отражалось никаких чувств, никаких эмоций. Казалось, что он и неживой вовсе, а лишь ледяная статуя, без чувств, без мыслей, без жизни…
— Еще одна глупая, наивная смертная… — Губы Властелина не шевелились, но в тоже время голос его отчетливо звучал, гулко разносясь по тронному залу, затихая где-то там, под сводчатым потолком, затерявшимся в темноте. — Ты знаешь, почему ты здесь?