— Ваше Величество, — напомнил о своем существовании старший советник.
Пресветлая Инола, как же он меня раздражает! Надутый индюк спит и видит как бы сместить меня с давно насиженного трона, но не тут-то было… Знает ведь лис, что бывает с теми, кто рискует посягать на власть Золотого Дракона, знает и не может простить собственную беспомощность.
— Привести, — отдал приказ я, мечтая лишь о том, что бы Норриэль убрался с глаз моих, иначе я рискую потерять остатки самообладания.
За те несколько тысяч лет, что я управляю эльфийским народом, я научился держать в узде собственные чувства, но природная эмпатия делала эту задачу порой невыполнимой, и тогда необходимо было удалить внешний раздражитель, дабы избежать неконтролируемого выброса силы. В большинстве случаев проблема решалась жестко, но действенно, но бывали и такие моменты, как этот, когда отдельный индивид не мог быть ликвидирован по ряду причин.
— Привести немедленно, — чувствуя, что закипаю, уточнил я.
Не думал, что невинная просьба Темного Принца окажется столь обременительной. Когда Тирренел сообщил о своей «прогулке» в параллельный мир, я не имел ничего против, тем более, что подобные вылазки были делом частым и для мага его уровня совершено безопасным. Но в этот раз сын преподнес сюрприз в виде человека из того, другого мира, и что теперь с ним делать я решительно не представляю. Отправить смертного обратно не представлялось возможным, ибо Принц не мог с уверенностью назвать вектор, способный закинуть помеху обратно в родные пенаты, но и оставлять его в Лесу также не хотелось, хотя…
Меня вели запутанной чредой коридоров, лестниц и разветвлений. Двое «остроухих» неожиданно ворвались в камеру, и, подхватив под белы рученьки, поволокли меня к выходу. Лишь спустя какое-то время я смог сориентироваться и идти самостоятельно. Глюк шел неподалеку, весьма красноречиво комментируя подобное поведение конвоиров. Я понятия не имел, куда меня вели, но то, что сейчас решиться моя дальнейшая судьба, сомнений не вызывало.
Странно, что страха во мне не было, скорее, облегчение завладело моим сознанием. Что бы сейчас ни произошло, это все же лучше неопределенности. «Остроухие» молчали, даже не глядя на меня, но чувствовалось, что они спешат. Что ж, ничего не имею против, так даже лучше. Чем скорее все закончится, тем скорее я обрету покой, возможно, и умственное состояние придет в норму.
— И не мечтай, — хохотнул Глюк, задорно сверкая огромными глазищами. — Мы с тобой теперь надолго повязаны.
Не знаю, что он имел в виду, но спорить с галлюцинацией не было желания, да и конвоиры могли меня неправильно понять.
Длительный переход закончился неожиданно, после очередного поворота взору моему открылась удивительная картина: огромные двустворчатые двери из темного дерева. Замысловатый узор створок, казалось жил своей жизнью, медленно перетекая из одного состояния в другое.
Но самое шокирующее зрелище было впереди, за дверью. Огромный зал, потолок которого терялся где-то в вышине. Высокие стрельчатые окна пропускали мягкий солнечный свет, зажигавший светлый мрамор сотнями оттенков желтого. Ничего более величественного мне не то, что видеть, даже представить было трудно.
Во главе зала располагалась небольшая возвышенность со стоящим на ней то ли троном, то ли стулом — разобрать было сложно из-за восседавшего на нем еще одного эльфа — назовем их так. Новый персонаж разительно отличался от всех своих соплеменников, коих мне довелось ранее встретить. Черноволосый с жесткими желтыми глазами — от него веяло властностью и силой.
Не доходя до трона добрых двадцати шагов мы остановились, точнее меня остановили, не совсем вежливо одернув. Коротко поклонившись, мои конвоиры ретировались, оставив меня в одиночестве. В то время, как я разглядывал короля, он с безразличным выражением смотрел куда-то сквозь меня. Создавалось впечатление, что мыслями он сейчас где-то далеко от сюда, и моя персона его мало заботит.
Неожиданно, словно очнувшись, он посмотрел мне в глаза, и в следующий миг я словно провалился в транс, отчетливо все понимая, но не контролируя ни своего тела, ни мыслей. Создалось впечатление, что меня сканируют из-за слабых электрических импульсах, пробегавших по телу.
— Извращенец, — буркнул Глюк, недобро поглядывая на эльфа.
Вскоре все закончилось, оцепенение отступило, оставив после себя неприятную слабость во всем теле. Я едва заметно покачнулся, но все же устоял на ногах, с замиранием ожидая дальнейшего развития событий. Снова уйдя в себя, король продолжал рассматривать нечто за моей спиной, мне же ничего не оставалось делать, кроме как покорно ожидать решения.