— Она умирает, — тихо сказал дроу, опускаясь на землю рядом со мной.
Прошло некоторое время прежде, чем мысли в моей голове вновь приобрели четкость. Касс с сестрой расположились недалеко от хижины, девочка чувствовала себя лучше, но кашель все так же часто разносился над поляной.
— Он поил ее опием, чтобы снять боль, — продолжил эльф.
— Ты можешь ее спасти?
— Я могу убить болезнь, но она слишком слаба. Тьма заберет ее раньше, чем недуг покинет тело, — обреченно сказал он.
— Об этом не беспокойся, — решительно сказала я.
— Ты понимаешь, чем это грозит? — тихо спросил темный, разгадав мои намерения.
— В полной мере…
— Тогда приступим, — помолчав какое-то время, сказал он.
Мы направились к детям, попутно я снимала с руки Хайен, чувствуя, как с каждым шагом сила во мне разворачивается спиралью. Касс встретил нас настороженным взглядом, но промолчал. Разбитая губа — напоминание о том, как нужно разговаривать с представителем Высшей расы.
— Мы вылечим твою сестру, — ласково сказала я, опускаясь на колени рядом с девочкой.
— Что вы за это хотите? — да, потрепала жизнь мальчишку, если в его возрасте он уже не верит в бескорыстие и добрую волю. Ко мне осознание того, что ничего не делается безвозмездно пришло совсем недавно, а у этого вон как глазюки сверкают, вот-вот кинется в драку.
— А что ты можешь предложить? — насмешливо спросил Редгарр.
— Только себя, — серьезно ответил Касс. — Сестру в рабство не отдам!
— Ни о каком рабстве речи нет, — категорично заявила я.
— Тогда что…
— Позже разберемся, — отмахнулся от очередного вопроса темный.
Эльф перенес спокойно спящую девочку в дом, положив на сдвинутые вместе лавки, Касса в хижину темный не пустил. Приказав мне занавесить окно, дроу разделся до пояса, нашептывая при этом слова на непонятном языке. Я встала в изголовье импровизированного ложа, ожидая момента, когда моя помощь потребуется.
Несколько минут ничего не происходило, но неожиданно я поймала себя на мысли, что раскачиваюсь в такт нашептываниям Редгарра. Постепенно около мирно спящей девочки начала клубиться Тьма. Сначала это были робкие язычки, словно нехотя лизавшие хрупкое тельце, и вот уже черное нечто плотным коконом окутывает ребенка. Тьма клубилась вокруг нее, извивалась, завивалась кольцами, словно жила своей жизнью. В следующий миг движение прекратилось, и тело девочки выгнуло дугой, по комнате разнесся ее душераздирающий вопль.
— Давай! — скомандовал Редгарр.
В тот же миг, пропустив руки сквозь Тьму, я коснулась головы ребенка, попутно снимая все щиты. Не прошло и мгновения, как меня затопила дикая боль, сравнимая с огнем. Мгновения протекали слишком медленно, но я держала боль в себе, боясь отпустить ее обратно, понимая, что для ослабленной девочки она будет смертельна.
Сколько продолжался этот ад, я не знаю, очнулась я, когда боль отступила. Обнаружив себя сидящей на полу, я нашла взглядом темного, уже облачившегося в рубашку. На лавке, удивлено тараща глаза на представителя Высшей расы, сидела девочка. Узнать в ней того изможденного болезнью ребенка, которого мы обнаружили около часа назад, было невозможно: розовощекая, посвежевшая, она явно избавилась от болезни.
В Оутен мы прибыли на закате, пять дней минуло с тех пор, как к нам присоединились Касс и Макселла. Девочка оказалась жутко любознательной и задорной, не в пример своему угрюмому и вечно ожидающему подвоха братцу.
Темный ходил мрачнее тучи, выказывая неприкрытое недовольство пополнением в нашем скромном отряде. Я же напротив, наседкой кудахтала над детьми, не отходя от полюбившейся мне девчушки ни на шаг, чем нервировала Редгарра безмерно.
Решено было сдать детей в частную школу, где они смогли бы получить достойное образование. Предвидя скорый момент расставания, я поливала близнецов удвоенной порцией материнской заботы. Макселла млела от счастья, в то время как Касс, пресытившись моей опекой, все чаще искал компании угрюмого дроу.
Проведя последнюю перед прощанием ночь на постоялом дворе, утром по рекомендации добродушной хозяйки мы отправились в закрытую школу мэтра Пистула, славившуюся, по словам все той же женщины, на весь город высоким уровнем образования и содержания.
— Мы непременно заедем на обратном пути, — обливаясь слезами, шептала я на ухо девочке, на что Редгарр только фыркнул, его сцена расставания нисколько не будоражила, скорее, раздражала и вгоняла в скуку. — Если только что-то не понравиться, или станет очень грустно, то мы пробудем в городе еще пару дней. Вы сможете найти нас в гостинице «Золотая мурена».