– Критические дни что ли? – вскинула она бровь, смерив меня непонимающим взглядом. – Чего злая?! Хотя знаю я причину, это все от недо…
– Да тихо ты, – топнула я ногой, озираясь по сторонам, – необязательно рассказывать всем о подробностях моей личной жизни.
– Юмористка, – прыснула подружка. – Какие подробности?! Сплошное отсутствие, как их, так и самой жизни. Лилька, не будь трусихой, познакомься с кем-нибудь. Обернись вокруг, смотри, сколько у нас мужиков в коллективе.
– Сколько? – нахмурилась я, начиная в уме перечислять всех имеющихся представителей мужского пола в нашем отделе.
Кажется, человек шесть еще можно насчитать, но это если принимать во внимание Мухтара, который жил в клетке в живом уголке. В свободное ото сна время он любил грызть все подряд и гадить, где приспичит. В общем, джунгарских хомяков, как в принципе и других представителей фауны, я не очень любила, поэтому умиления к пушистому комку особого не испытывала.
Оставшиеся же экземпляры тоже порадовать не могли. Либо по возрасту не подходили, либо по статусу. Или являлись занудами, как те парни, что сидели этажом выше. Айтишники… целый отдел бледнолицых доходяг, прости Господи, которые тяжелее клавиатуры ничего не поднимали.
Эта Милка могла рассчитывать на внимание, лишь улыбнувшись разок, а мне… Мне чтобы заставить кого-то расщедриться на улыбку требовалось нацепить маскарадную маску. К тому же природная скромность не позволяла самой проявить инициативу. И вообще она не права, не от недот… впрочем, неважно. Все у меня было в порядке.
– К Воеводину снова дружок приехал, наверное, капусту стричь будут на пару.
– Мила, а без жаргонов нельзя? – щелкнула я пальцами, заставляя подружку сосредоточить взгляд на мне, а не таращиться на широкую спину друга начальника.
– Извини, – махнула она рукой. – Забываю иногда, что ты у нас с высшим и тебе претит подобно выражаться. Это мы – народ простой, с тремя классами вечерней.
– Прекрати приуменьшать свои достоинства, – покачала я головой, собираясь направиться к рабочему столу.
– Лилька, – шепнула Милка, наклоняясь ко мне, – помнишь, я тебе про сайт знакомств говорила, так вот, я попросила Кольку установить тебе на рабочий комп программу, теперь сможешь пользоваться в обход блокировки, – довольно протараторила она, словно хвасталась невероятным достижением.
Мне же оставалось только закатить глаза и попытаться набраться мудрости, и терпения, чтобы не покалечить ее на месте.
– Молчи, – процедила я, сжимая ладошки в кулачки.
– Брось, вот зарегистрирую тебя еще на сайте знакомств и вуаля, – раскинула она руки в стороны, – только это, переобуйся лучше, окей?
– Я не хочу на сайт знакомств, – жалобно пискнула я, но тут же, откашлявшись, рыкнула в ответ: – Мила, это дурная идея, забудь. Выбрось ее из головы, – едва ли не грозя пальцем, пыталась я докричаться до ее совести.
Хотя откровенно понимала, что номер дохлый, если эта оторва что-то задумала, то деваться уже некуда. Только знакомиться мне не хотелось, тем более, на подобных сайтах обитают одни озабоченные мужики. И о чем мне с ними говорить?! Об игрушках для взрослых?! Явно они не цитируют Ницше, и не ходят субботними вечерами в театр.
В общем, сайты знакомств – это не моя тема, к тому же, не дай Бог, кто-нибудь узнает. Вот и Колька наверняка посмотрит историю браузера по возможности, а потом разнесет сплетни по офису. Он может, не зря ходит и косится на меня, ухмыляясь ядовито. Наверняка задумал какую-нибудь пакость.
– На сайт не хочешь, в клуб не хочешь, в боулинг тоже, – начала возмущаться Мила. – Тебе не угодишь. Только театр, клуб по интересам, и гончарное дело. Фу, так можно и паутиной покрыться. Лилька, ты молодая девчонка, самый возраст отрываться, прожигать жизнь и делать глупости.
– Спасибо за заботу, конечно, – расправляя плечи, фыркнула я. – Моя жизнь идет по накатанной и менять ее в ближайшие планы не входит.
Глава 2. Кирилл
Кирилл:
Выходные пролетели на одном дыхании, кажется, я толком и не успел их почувствовать. Честно пытался быть хорошим отцом, но проклятый телефон то и дело трезвонил, отнимая и без того крохи времени, чтобы побыть вместе с ребенком.
А рабочая неделя не заставила себя долго ждать, понедельник… Боже, одно слово, а сколько в нем боли. Но он, слава богу, прошел. Настал вторник, и он, как известно, лучше, чем понедельник, но, правда, хуже, чем среда.
Потирая переносицу, я гипнотизировал приспущенные жалюзи и коварная мысль – заснуть в рабочем кресле, не давала мне покоя. Дверь приоткрылась и послышался слащавый голос Анжелы.