- Прости, - подумал он ей, - я не хотел причинить тебе боль.
- Ты и не причинил ее. – Удивилась она в ответ. – Так хорошо мне еще никогда не было. Что это было? Насколько мне известно мои родители никогда не испытывали ничего подобного.
- Я просто хотел тебе передать, что чувствую к тебе. – Пытался оправдаться Стив. – Если бы я знал, что ты так отреагируешь, то не стал бы…
Она не дала ему закончить мысль.
- Покажи мне еще.- Попросила она вдруг.
- Мне страшно за тебя…- Начал отнекиваться он.
- Пожалуйста… - Тихонько прошептала она ему прямо в лицо, он почувствовал ее теплое дыхание, аромат ее кожи и волос, мир покачнулся. В придачу, она передала ему силу своего желания, чтобы он понял, как важно для нее понять его чувства.
- Хорошо, - неуверенно согласился он – но только потихоньку, если что-то пойдет не так, то мы тут же прекратим, согласна?
Она в ответ радостно улыбнулась, кивнула и закрыла глаза, давая понять, что к сеансу готова.
Он держал ее в своих объятьях, всматривался в ее милые, родные черты, в эти крутые дуги бровей, темные длинные ресницы, что не давали векам сомкнуться полностью, в эти губы словно созданные для поцелуев, в этот аккуратный подбородок и нежную длинную шею, он слышал ее дивный, нежный голос и это «пожалуйста» такое доверительное и тихое, такое близкое, интимное. Он хотел показать свою любовь девушке, но выходило, что открывает ее для себя самого. Нежность к ней была столь глубока, что он казался себе кощунником, ощущая руками ее трепетное горячее тело, ему было стыдно за свои невольные прикосновения, и вместе с тем, ему казалось, что он держит весь мир в руках, и будь он проклят, если позволит чему-нибудь плохому случиться с этим миром. Он вспомнил чувство одиночества и пустоты, когда он остался без общения с ней в этом лесу, и понял, какой жалкой и несчастной была бы вся его дальнейшая жизнь, не вернись она к нему вновь. Он осознал, как сильно желает он всегда быть рядом с ней, закрыл глаза и передал ей всю свою щемящую тоску, сладостно болезненную надежду, свое отчаянное дерзновение, всю свою неудержимую слабость и покровительственное раболепие, все противоречие истинной любви в одном эмоциональном глотке.
Он ощутил, как дрожит ее тело, как истово зажмурила она глаза, как закусила губу, и как надрывный стон вырвался из ее груди. И его словно отдачей придавило ответным переносом, в глазах все потемнело, а затем взорвалось ослепительно ярким экстазом, нервная система не выдержала, и он отключился.
Первый шаг в новый мир
- Не нужно было этого делать! – Мария отчаянным жестом запустила пальцы в волосы. – Стоило отлучиться и вы все испортили.
- А в чем собственно дело? – Беспечно улыбнулся Генри. – Какая разница, кто начальник? По мне так пусть военные, Дженкинс не был ангелом.
Лиза насупилась и вообще в разговор вступать не хотела. Ей было неприятно, что Мария истерику закатила на ровном месте. Им бы сейчас вызвать симпатии оборонщиков, лояльность завоевать, тогда может и получится места сохранить.
- Дело в том, что я утром общалась с пациентом. – Призналась Мария.
Все тут же оживились.
- Ты говорила с Доу? – Выдохнула София, толи вопрос, толи утверждение.
- Э-э…разговором в обычном смысле это назвать нельзя, но мы общались. – Она немного подумала, как бы по доходчивее это объяснить. – Это была ментальная связь, и мы обменивались мыслями.
- Она двое суток не спала, да еще море работы… - Махнул рукой Генри и потерял интерес к разговору. – У меня как-то галлюцинации были, тоже было ого-го…- ворчал он себе под нос.
- Слушайте, вероятно, это похоже на безумие, но мы точно вступили в контакт… наверное, он инопланетянин. Он общается при помощи мысли и эмоции передает. Он сказал, что его имя Оуи, что я красива, и что ему интересна наша работа, потому что его предназначение помогать людям. – На одном дыхании выпалила Мария.
- И на каком языке вы с ним общались? – Спросила София, с сомнением посматривая в ее сторону.
- На английском, конечно…- Немного смутилась Мария.
- Хорош, инопланетянин! И язык наш уже успел выучить. – Усмехнулась София.
- Да не в этом дело, теперь ему угрожает смертельная опасность. Нам его нужно спасти. Надо сказать мистеру Дженкинсу…