И слезы градом покатились по ее щекам. Стив понял, что он тоже на грани истерики, и отвернулся на пару секунд, чтобы отвлечься от этой мизансцены и не разрыдаться вместе с девчонкой. В этот момент он просто ненавидел себя за подобные слабости и думал, что с этим надо срочно что-нибудь делать. Неравен час, он разрыдается и в мужском обществе. Что за глупая сентиментальность?!
Собрав волю в кулак, тихо выдохнув, он заставил себя успокоиться.
- Ну-ну, тихо, девочка, тихо, не надо так, все будет хорошо… - он прижал ее голову к своей груди и ласково гладил до тех пор, пока она не перестала всхлипывать.
- Почему ты не вошла обычным путем? Боялась, что тебя стража не пропустит? – Решил сменить тему он.
- Не хотела, чтобы у них были неприятности. Брат запретил пропускать к тебе людей и разговаривать с тобой запретил. – Не поднимая головы пояснила она.
- Но они ведь знают, что ты тут?!
- Знают, но приказа они не нарушили, мимо них никто не проходил, с тобой они не разговаривали.
- Но ты же разговариваешь. Не боишься братского гнева?
- У тебя так сердце стучит, все бы время слушала…. – Ушла от ответа она.
- Главное, чтобы у тебя из-за меня неприятностей не было.
- Все знают, что тебе необходим уход, да и я тут с позволения отца, он как ни как вождь. Антеомалумбо не пойдет в открытое противление совету и не станет поднимать шум из-за меня. Не беспокойся, я знаю своего брата и на что он способен.
- Выходит мы с тобой сейчас в безопасной зоне? – Развеселился Стив.
Нила не поняла фразы, подняла голову и серьезно посмотрела ему в глаза, ей иногда было трудно понять, шутит он или нет. Стив залюбовался ею с такого близкого расстояния, она заметила это и кокетливо убрала за ухо прядь своих роскошных волос.
- Расскажи мне о себе, - попросила она, уперлась локтями в грудь Стиву, подперла голову ладошками и приготовилась слушать.
- А что бы ты хотела услышать?
- Где и как ты родился.
- М-м…, я родился в большом «городе», в «больнице», зимой, в трескучий «мороз». – Стив не находил некоторых слов в немойском и на ходу заменял их английскими словами. Нила засмеялась и в смущении уткнулась лицом в рыжие заросли на его груди.
- Ничего не поняла. – Призналась она и вновь приготовилась слушать.
- «Город» это большое поселение, где дома выше самых высоких деревьев. Некоторые города настолько велики, что их и за день не пройти.
- За день?!
- Да. «Больница» это большое место, где помогают больным специально подготовленные для этого люди.
- Почему ты родился там, где помогают больным? Твоя мама была больна, когда рожала тебя?
- Нет, почему же? В больнице так же помогают рожать детей.
Нила опять развеселилась.
- Помогают рожать? Хотела бы я на это посмотреть! И как же они это делают?
- Понятия не имею, я как-то этим не интересовался.
- Жаль, что ты не интересовался самым интересным. А что значило третье слово?
- «Мороз» это вообще трудно объяснить… Это когда так холодно, что вода становится твердой и падает с неба белыми пушинками. – Стив закрыл глаза, чтобы лучше представить себе то, что описывает.
Нила хлопнула его по груди и нахмурила брови.
- Ты надо мной смеешься! Думаешь, я настолько глупа, что поверю в такие сказки? Как я могу тебе верить, если не знаю, когда ты говоришь правду, а когда лжешь?
- Тебе нужно поработать над доверием людям, – засмеялся Стив, - мир такой огромный и весь полон сюрпризов. В других местах есть такие чудеса, в которые трудно поверить, пока сам не увидишь и руками не потрогаешь.
- Я бы хотела увидеть! – Грустно вздохнула она. – Твердая вода падает с неба. Даже представить страшно.
Немою часть 3
Вдруг улыбка сошла с лица Стива, он неожиданно помрачнел. В своей беспечности он не заметил сразу, что так можно далеко зайти. Подобные разговоры по душам могут дать молодому сердцу ложную надежду. Он прочитал это в ее мечтательном взоре на последней реплике. Как же жестоко он ее ранит, если неожиданно пропадет. Но как ей все объяснить? Как сказать ей, что место в его сердце уже занято другой? И что если после этого, она решит порвать с ним, и перестанет приходить? Последняя мысль ввела его в ступор. С одной стороны дальнейшее общение с Нилой сулило им обоим одни неприятности, с другой, одна только мысль, что она может уйти и не вернуться, пугала его до чертиков. Конечно, он пытался себе это логически обосновать, дескать, он сейчас беспомощен, и без ее заботы просто не сможет выжить. Но это вялое утверждение не успокаивало его ни на йоту.