- Этого хочешь? Чтобы я умерла! Даа?! – визжу на весь салон.
Внутренности разрывает напалмом, при этом внешне оставляя целой. Мозг мгновенно трезвеет. Смерть не пугает. Страх рождается, как только представлю скорую встречу с матерью. Этого я боюсь больше всего. Одна мысль разрезает до глубокого ужаса недра сознания.
Остановись! Нельзя !
Приказываю себе.
Необъяснимым действием собираюсь. Скользким острием шпильки отбиваю бутылку. Носком туфли жму на педаль. Машина застывает поперек дороги. Не нахожу в себе сил завести двигатель и припарковать к тротуару.
Выхожу, оставив ключи в замке. Перед тем, как захлопнуть дверь, заглядываю внутрь.
- Не ходи за мной. Испарись, – цежу сквозь зубы невидимому образу.
Холодный ветер бросает капли дождя на голые плечи. Обычно я мерзлячка, но сейчас не чувствую ничего. Забираю сумочку и отрешенно бреду в сторону архитектурного агентства, не обращая внимания, на образовавшуюся пробку.
Глава 2
Монстры существуют. Если в них поверить, то когда-то они оживут. Слишком поздно понимаешь. Некоторых чудовищ будить не следует.
"Стоун & Шайн" Герман подарил мне , на окончание института. Двухэтажное здание в престижном районе Москвы, стоит баснословных денег.
Стоцкий не скупится в отношении любовниц. Оплачивает свою покупку с пафосом, но при этом, никогда не скрывает ее предназначение. Пока я с ним. Пока исполняю извращенные прихоти, могу пользоваться всем, чем пожелаю.
" Стоун & Шайн" Камень и блеск.
Вслух проговариваю, раскачиваясь на высоких каблуках. Задрав голову, пару минут вглядываюсь в надпись на свежей вывеске, скрытую под слоем полиэтилена.
- Карина, ты счастлива? Ты, блять, счастлива, имея всё это? - вопрос я ору в пустоту. Естественно ответа не следует. Я и мысленно, не разрешаю себе, на него отвечать. Разряжаюсь истеричным смехом.
Даже название выбрано не случайно. Все что меня окружает. Груда камней, покрытых блеском. Боль, украшенная глянцевым перламутром. Но он, к сожалению, не притупляет ее. У всего есть недостатки.
С достоинствами я распрощалась много лет назад. И угрызений совести, по этому поводу, не испытываю. В конце концов, всё продается и покупается. Моя цена, как многие могут подумать, заключена не в денежном эквиваленте.
Мысли о замужестве буквально скручивают пополам. Нашарив ключи в сумочке, открываю замок. Ремонт не закончен. В чистовую отделан только мой кабинет. Охрана ограничивается лишь сигнализацией. Здесь, по всему, тоже недоработка. Поздно спохватываюсь, что перед тем как войти, надо брякнуть на пульт.
Дверь уже открыта, и оглушающих сирен, я не слышу.
Как это понимать?
Осторожно переступаю порог и опасаюсь напороться на раскиданные по всему залу стройматериалы. Силюсь разглядеть в темноте хоть что - нибудь. Подобие страха разгуливает кожному покрову.
Одна. Поздним вечером. Это ли не повод активировать тревогу. Мало ли, что может случиться.
Вымеряя каждый шаг, избегаю опираться на неоштукатуренные поверхности. Проводку недавно поменяли. Выключатели на стену не вынесли. Вряд ли, кто из рабочих удосужился, заизолировать оголенные провода. Бреду к счетчику наугад.
Здесь темно, как в преисподней. И отличительно холодно. Нервы раскачаны настолько, что параноидально оглядываюсь. Руки дрожат. Горло стягивает сухостью.
Назвать это можно, как угодно. Интуиция, либо предчувствие. Особенным внутренним чутьем определяю, что я здесь не одна. Запах чужака витает в атмосфере .
Кому нужно проникать в пустое здание? С какой целью? Взлом ради наживы? Что тут выносить. Мешки с цементом и инструменты строителей. Я же не в Южном Бутово. Хмыкаю, мотаю головой. С каких пор, стала похожа на заносчивую мажорку
Блть. Что за стереотип. Люди везде одинаковые. Нет хороших и плохих. Все особи разношерстные. Под одеждой именитых дизайнеров зачастую скрывается абсолютная мерзость. Мне ли не знать. Погрязла в этой мерзости по самую глотку.
Тороплюсь достать на стене рубильник. Дотягиваюсь, щелкаю и..
Ничего не происходит.
Поганое чувство, что я оказалась в ловушке, скатывается по груди. В пальцах застывают комочки льда. По спине ползет липкая дрожь. Сердце рвет громоподобный клич, предупреждая об опасности. Подталкивает, бежать отсюда со всех ног, но охмелевший разум с настойчивостью провоцирует подняться наверх.