Он был облицован ониксом и аметистом, по центральным колоннам шла россыпь из сапфиров. Напротив огромного входа-арки, у противоположной стены гордо стояли на возвышении два витых трона из звездной руды, той самой, которая послужила материалом для моего доспеха. Над тронами работали наши мастера, несомненно, вставки из драгоценных камней нашего Дома были накопителями, а троны артефактами. Даже после тысячелетий забвения магия присутствовала в них. Виной этому был источник Хаоса.
Да, древние владели поразительными умениями и смогли вдохнуть в огромную каменную статую скорпиона, сделанного из чистого оникса с украшением из сапфиров и лунного камня, источник нашей магии. Медленными шагами на негнущихся ногах я подошел к ониксовому скорпиону, тотему нашего Дома. О нем ходили такие же легенды, как и о Граале Ай’орфериэ. С трудом подавил в себе желание прикоснуться к источнику силы и пить энергию, пока она не переполнит меня. Но первой коснуться тотема должна мама, чтобы утвердить правящий род и запитать всю магию, что есть в этих пещерах.
Эти уровни принадлежали нашему Дому. На то время пришелся рассвет Жалящих. Нас было больше, чем жалкая горстка из сорока шести дроу. Все, что уцелело после этой бойни. Как же жаль, что я не маг и не могу понять, кому принадлежит вражеская магия. По тронном залу были уложены ряды с умирающими воинами, и на них висело какое-то заклинание. Оно медленно, на протяжении долгого времени, высасывало из них жизнь. В том, что это был другой Дом, не возникало сомнения. Но вот такой? Впрочем, сейчас было не до этого.
Я с ужасом осматривал лежащих на полу. Все были в доспехах, с мечами в упрямо сжатых руках. Они вступили в схватку со Смертью, сопротивляясь. О смерть, не смогла забрать храбрых Жалящих в свои чертоги на перерождение. Как же давно вы здесь лежите, все еще отчаянно борясь?
Тут мое тело содрогнулось от чьего-то острого взгляда, резко поворачиваю голову, выхватывая шашки, висевшие за спиной. Опережая Лютариэ, в тронный зал влетела Вики и огласила пещеру криком боли и скорби. За ней ровным строем влетели остальные кошки без всадников, обалдело огляделись, и все, как один, воткнули взгляды в то существо, что смотрело на меня.
Небольшая кровавая кошка камнем застыла у тела своего лаонера, погруженного в древний сон. Тело ее окаменело, но красные глаза мутно смотрели на меня. Не выдержав, выругался на темноэльфийском. Она была слабой, обезумевшей от потери половины, но сильной и разумной. Шиавискираа громко заворчала и в одно мгновение оказалась рядом со мной. Все мы напряжённо смотрели на древнюю хикору, которая разительно отличалась от современных кошек размерами и не такой ощутимой мощью. Скорпионий хвост присутствовал, а вот игольчатый загривок и пластины брони нет. Эта особь была слабее.
Тело ее не напоминало гибрид саблезубой кошки и носорога. Это действительно была кошка, только со скорпионьим хвостом и прочной черной чешуей. Самка. Вступить с этой хикорой в мысленный контакт прямо сейчас было нельзя. Это же воплощение Хаоса, находившиеся на грани безумства от ненависти и злобы. Красные глаза смотрели на нас, как на врагов. Если бы не окаменевшее тело, она непременно кинулась бы в драку, не обращая внимание на численное превосходство других кровавых кошек. Надо подождать, пока воплощение Хаоса само не придет в себя.
Мы с Виски отступили к стенке зала, подальше от полуразумного сейчас зверя. К нам, задыхаясь от бега, летел Лютариэ. По моим нервам словно ток прошелся, я посмел оставить светленького одного в незнакомом месте с сотнями трупов. Идиот!
Шиавискираа хмуро глянула на меня и рыком приказала залезть нам обоим на свою спину. Самое безопасное место во всем Подземелье. Подхватываю подлетевшего к нам малыша и подсаживаю на кровавую кошку. Забираюсь следом. Двенадцать наших хикор грамотно окружили ряды спящих и не спускали настороженных глаз с четырнадцатой незнакомой. Кстати, тут была и другая пятерка, только мертвецки спящая и окаменевшая еще больше. На них тоже направили внимание. М-да, друзья товарищи, здесь творилась полная жесть.
— Мам, телепортируйся, пожалуйста, ко мне. Дело очень срочное и не терпит отложения! — тихо сказал я в родовой наруч. Перед глазами тут же возник идеальный профиль спокойной Эфтеры Смертоносной Кобры. Прекрасна и холодна, как статуя, Глава Дома явно проводила Совет, меня видели Ранта и Шэрн, сидящие рядом с матерью. Я дернул щекой, бросив недовольный взгляд на сестру, которая не придала сообщению от Клайда нужное значение. Пока Эфтера не успела ничем отмазаться от меня, расширил картинку, передаваемую браслетом с помощью Лютариэ и теперь ВЕСЬ Совет видел, где мы сейчас находимся. Хмыкнул, увидев вытаращенные глаза высокопоставленных темных эльфов.
— Где ты?! — неверяще выдохнула мама, пытаясь найти слова.
— Потом, аэродэ (если аэро — наследница на трон, то аэродэ — владыка). Срочно нужна медицинская помощь. Не мне, им, — добавил, увидев, как поменялись в лице сестра и мать и направил “взгляд” наруча на ряды спящих и незнакомую хикору. Узрев всех наших кровавых кошек и одну незнакомую, все лаонеры вскочили так, что аж стулья попадали. Миг, и призванные доспехи уже на них.
— Мы готовы, Глава! — донеслось до меня, и опомнившаяся Эфтера отключилась, видно, собирать отряд.
Шиавискираа встопорщила частокол шипов, нетерпеливо ходя по кругу и взволнованно поглядывая на остальных кровавых кошек. Мою мелюзгу рыком отогнал кот Шэрна, не подпуская котенка к незнакомке. Виски от этого жутко бесилась и металась, как тигр в клетке. Тут все были на взводе. Я вел непрерывную связь с Рантой и узнавал положение текущих дел. Эфтера закрыла территорию Дома от вторжений, выставили охрану. Готовились места для спящих.
Верхушка спорила о том, как будить древних, некоторые индивиды были категорически против, но разве против Главы пискнешь. Хикорам отдали на временное проживание не такую большую пещеру у источника, сектора со спящими кошками оградили сильнейшей магией, потому что через жилище хикор постоянно метались наши. Все магессы были привлечены к древним. Воины искали остальных спящих и осторожно перетаскивали в главный зал. Лаонеры охраняли Жалящих на незнакомой территории. Дом гудел, как потревоженный муравейник. Все Жалящие были заняты делом. Рабы-воины охраняли наши верхние уровни, рабыни помогали в обустройстве мест для древних.
В общей сложности обнаружили тридцать спящих Старших. Шесть из восьми лаонеров уцелело, и они явно охраняли главных зал, сражаясь с врагами. Кроме них больше не было дроу старше тысячелетия. Убили весь правящий род. Мама сумела распознать древнюю Паучиху в одной из умершей, найденной недалеко от зала. Ранталира предположила, что она до конца поддерживала щиты и сдерживала натиск противников.
Обнаружился неприятный факт того, что тела не начали разлагаться, а усохли подобно мумиям, словно что-то высосало у них внутренности. Жутко и непонятно. Мой поисковый отряд часто натыкался на такие трупы. Причем все умершие были Жалящими, враги забрали тела своих и обчистили то, что не было защищено магией. Мало им истребления целого нашего Дома и мародерства, так во многих тупиках мы обнаруживали своих в кругах-жертвенниках. Сразу стало понятно, кому понадобилось истреблять Жалящих буквально поголовно.
Мы и Плетущие всегда были на ножах. Несмотря на малочисленность, остальные Старшие Дома считались с нами. По концентрации в крови Скорпионам не уступали лишь Стремительные, но с этим Домом у нас были союзные договора. Но это не единственная похожая черта. Ни мы, ни Змеи никогда не признавали над собой Паучьего Духа. Только Хаос был нашим отцом и повелителем. Только Он и Смерть могли властвовать над Скорпионами и Змеями. Именно поэтому Плетущие ненавидели непокорных. Религия Старших Домов не распространялась на наши. Загрести под себя Жалящих не получалось. Хоть мы и не отличаемся кротким нравом и жалостью, но все же всегда выступали против кровавых праздников во имя Ллос.