Гинденбург во исполнение велений своего феодального класса и германской буржуазии вообще хочет получить от Гитлера заверения в том, что он и не думает осуществлять "социалистические" требования своей "неподлежащей изменениям" программы. Начинается за кулисами борьба между Папеном и "социальным генералом" Шлейхером, который как раз "социалистические" лозунги Гитлера хочет использовать для того, чтобы внести смятение и разброд в ряды революционного авангарда рабочего класса. В результате компромисс: Гитлеру предлагается на выбор пост вице-канцлера или несколько портфелей для его соратников. "Преторианцы уже не только ворчат. Они начинают готовиться к борьбе. Весьма опасным моментом является тот факт, что, хотя начальники и призывают их к выдержке и спокойствию, преторианцы выходят из повиновения этим начальникам". Шмидт-Паули удостоверяет, что в рядах национал-социалистической партии образовалась военная партия, которая хотела пойти походом на Берлин. Но, как он удостоверяет, заверение Шлейхера, что рейхсвер будет стрелять в идущих походом на Берлин, лишило военную партию всякого влияния в национал-социалистическом руководстве.
Параллельно с борьбой внутри национал-социалистического руководства идут секретные переговоры представителей Гитлера (самого его несколько оттеснили на задний план), Геринга и Рема, с рейхсвером. Распространяются слухи о том, что национал-социалисты требуют, чтобы их штурмовым отрядам была отдана на три дня на погром и разграбление после прихода Гитлера к власти вся Германия, в особенности Берлин. Историк прихода Гитлера к власти вносит некоторую поправку в эти слухи. Верно, говорит он, что штурмовики требовали, чтобы приход к власти их "вождя" ознаменовался предоставлением им права "очистить улицы от нежелательных элементов". "Кроме того, национал-социалисты составили списки скомпрометированных, по их мнению, лиц, которые должны были пережить после прихода их к власти невеселые дни". Был еще, свидетельствует Шмидт-Паули, смягченный вариант учреждения особых судов, перед которыми упомянутые выше лица должны были предстать. Отсюда явствует, что события, разыгравшиеся в Германии после прихода Гитлера к власти, отнюдь не были "стихийными проявлениями" или "провокационными выходками примазавшихся уголовных элементов", а национал-социалистический погром был подготовлен и заранее одобрен теми представителями буржуазии, которые вели с уполномоченными Гитлера переговоры об оформлении фашистской диктатуры. "Надеялись (очевидно, в руководстве национал-социалистов — Н. К.) преисполнить штурмовиков чувством победы и триумфа и одновременно создать отдушину для охватившего их возбуждения (невыполнением социалистической программы? — Н. К.). 13 августа Гитлер появляется, "воодушевленный чувством достижения своей цели", у генерала Шлейхера. Шлейхер сообщает ему с прискорбием, что Гинденбург отказывается сделать Гитлера канцлером: померанские помещики все еще считают Гитлера революционером. Во время последующего свидания Гитлера с Папеном Гитлер, которому предложили быть вице-канцлером, окончательно убеждается в том, что соглашение Папен — Гитлер нарушено: Папен не хочет или не может уйти с канцлерского поста. В передней Гитлер в присутствии высших чиновников ругается, как извозчик. Затем он направляется к Геббельсу, где радикалы торжествуют по поводу провала коалиционных переговоров и требуют от Гитлера перехода к нелегальным, бунтарским выступлениям. Безрезультатно проходит свидание Гитлера с Гинденбургом в присутствии подполковника Рема (ибо национал-социалисты, не доверяя "вождю", никак не хотели оставить его с глазу на глаз с фельдмаршалом-президентом). Следует полукомическое интермеццо: "демократическая" печать узнает от "нечаянно" проболтавшегося прессешефа Папена, что Гитлер во время свидания с Гинденбургом требовал себе всей полноты власти, и начинаются выступления демократов и социал-демократов всех мастей в защиту "демократии" фон Папена.
В одном из морских курортов Германии собирается национал-социалистическое руководство. Одновременно здесь же собираются крупные промышленники и банкиры. Гитлера уговаривают в "интересах национал-социалистического движения" отказаться от министерского портфеля. По рукам ходит список коалиционного правительства, в котором национал-социалистам даются несколько портфелей, но движущей силой которого является генерал Шлейхер. Эту комбинацию разбивают решительно Геринг и Геббельс. Гитлер в конце концов к ним присоединяется. Его поддерживает уже тогда (в середине августа 1932 г.) только один Грегор Штрассер, который берет курс на коалицию со Шлейхером. Именно эта угроза возможности шлейхеровской коалиции с национал-социалистами заставляет Папена временно порвать с Гитлером. За кулисами начинает лихорадочно интриговать генерал Шлейхер, который соглашается в частных разговорах с тем, что правительство Папена, в состав которого он сам входит, осуществляет жесточайшую социальную реакцию. "Социальный генерал" составляет проект воззвания, который и дает ему в осведомленных кругах звание "социального генерала". Это звание дает ему возможность свергнуть Папена и занять его канцлерское место, но оно же таит в себе залог его конечного поражения, ибо когда Шлейхеру удается уговорить решающие круги германской буржуазии, что нельзя оформить фашистской диктатуры без социальной демагогии, он этим самым убирает последние преграды на пути Гитлера к власти. И любопытно, что, по свидетельству Шмидт-Паули, в решающий момент накануне роспуска рейхстага Папеном попытку уговорить Гитлера, Папена и Шлейхера обойтись без социальной демагогии, попытку посредничать при составлении коалиционного правительства с участием национал-социалистов делает не кто иной, как германский кронпринц. Появление этой фигуры окончательно доказывает, что вся борьба в решающих кругах германской буржуазии велась вокруг вопроса об оформлении фашистской диктатуры, т. е., что Гитлер не взял власти, а ему ее дали, и он только очень косвенно влиял на темпы и формы этой передачи власти. Напрасно пытался Геринг своим театральным выступлением ("гусарской атакой" называет Шмидт-Паули тактику Геринга против Папена в заседании рейхстага, приведшем к его роспуску) предотвратить легальную передачу власти национал-социалистам, поссооить Гитлера с такими представителями буржуазии, как Папен и Гугенберг. Геринг чуть ли не привел партию к расколу (Геринг — Геббельс против группы Штрассер — Федер), он ускорил замену Папена Шлейхером, но не мог помешать новому появлению Папена в качестве посредника при передаче власти Гитлеру в тот момент, когда германская буржуазия решилась именно в таком виде оформить фашистскую диктатуру. Но любопытно признание Шмидт-Паули, что Геринг действовал за собственный страх и риск и что "Гитлер был от его поведения не в восторге". Не в первый и не в последний раз приходится спросить, кто кем командует: "национальный барабанщик" маршалами "третьей империи" или они своим "вождем"?