Эти речи, вся история осуществления бисмарковских антисоциалистических законов, а равно того, что получилось вследствие осуществления попытки Бисмарка сломить силой революционное движение германского пролетариата, все это великолепно известно Зеверингу. И все-таки он, ровно 50 лет спустя, является инициатором и автором пресловутого закона о защите республики. Этот закон в условиях современной „демократической“ республики был в той же мере антикоммунистическим законом, в какой закон 1878 года был антисоциалистическим законом. Наш Зеверинг — Бисмарк в миниатюре. Как Бисмарк, он нарушает все постановления конституции. § 114 Веймарской конституции гарантирует всем германским гражданам неприкосновенность свободы личности, § 115 — неприкосновенность жилища, § 11 7 — корреспонденции и телеграфных разговоров, § 118 гарантирует свободу слова и печати, § 123 — свободу союзов. Все эти параграфы изобретенный Зеверингом закон о защите республики сваливает на помойку истории.
Как в свое время против Бисмарка выступили Бебель и Вильгельм Либкнехт, так и теперь против Зеверинга выступили ораторы коммунистической партии. Депутат Пик указал Зеверингу на то, что первое издание закона о защите республики привело к 15 тысячам судебных процессов, бросило свыше 7 тысяч рабочих в тюрьмы на 5 тысяч лет, причем эти цифры превосходят в несколько раз все то, что обрушилось на германский рабочий класс за все время действия антисоциалистических законов Бисмарка. Тов. Пик обратился к Зеверингу с вопросом: „Господин Зеверинг, я вас спрашиваю: неужели вам недостаточны те кровавые жертвы, принесенные рабочим классом под вашим режимом во время действия старого закона о защите республики? Неужели вам не снятся несметные количества рабочих, погибших при вашем режиме в Германии, на Рейне, в Вестфалии, в Средней Германии? Неужели вы не слышите стонов рабочих и их семей, которых вы погубили в Рурской области? Неужели вам мало всего этого, неужели вы хотите новой кровавой жатвы в рядах пролетариата?“ И т. Пик так же, как в свое время Вильгельм Либкнехт Бисмарку, сказал Зеверингу: „Никто не может остановить революционной борьбы рабочих или уничтожить германскую коммунистическую партию. Пролетариат принесет новые жертвы и не отступит ни на шаг. Вы хотите нас наказать, потому что мы делаем то, что старое руководство социал-демократов делало, когда ему угрожали бисмарковские антисоциалистические законы“. Что мог ответить Зеверинг на эти обвинения? — Он сказал буквально следующее: „Настоящий закон (т. е. закон о защите республики) не есть исключительный закон: антисоциалистический закон был направлен против одной определенной партии, социал-демократической. Этот закон не направлен против коммунистов. Разница между ним и законом 1878 г. заключается в том, что тогда оппозиция состояла из социал-демократов, которые иначе, чем нынешние радикалы…“ Здесь буря негодования прервала Зеверинга, по его мысль совершенно ясна. Он теперь, полвека спустя, возмущается антисоциалистическими законами Бисмарка: Бисмарк-де тогда не понял, что социал-демократия хотела быть ответственной оппозицией, т. е. что за ее критикой германского монархического государства уже тогда скрывалось стремление сотрудничать в управлении классово-буржуазным государством. Между тем коммунистическая оппозиция, против которой теперь борется Зеверинг, не скрывает своих разрушительных тенденций, направленных против капиталистической германской республики. Еще яснее: Зеверинг считает, что Бисмарк был несправедлив по отношению даже к тогдашней социал-демократии, между тем как он, Зеверинг, мерит, воздает коммунистам той мерой, которой они мерят германское „демократическое“ государство. И он с циничной откровенностью прибавляет: „Коммунисты могут избегнуть запрещения своих газет и роспуска своих организаций, ибо мы живем в правовом государстве“. Иначе говоря, Зеверинг предлагает коммунистам признать нынешнее германское государство, — тогда все остальное приложится.