Германская с.-д. задолго до мировой войны была так основательно подготовлена к роли служаки германского империализма, что сотрудничество с дипломатами Вильгельма и генштабистами Гинденбурга и Людендорфа началось с самого начала мировой войны. Так, например, Шейдеман рассказывает, что уже 21 августа 1914 года ЦК социал-демократической партии послал по инициативе Эдуарда Бернштейна Шейдемана, Зюдекума и Янсона в нейтральные страны для того, чтобы обработать в пользу Германии печать этих стран. Любопытно, что уже во время этих пер-. вых командировок в нейтральные страны социал-демократы получили в свое распоряжение шифр германского правительства. Шейдеман, которого командировали в Голландию, переписывался, например, с ЦК своей партии с помощью шифрованных телеграмм, которые германский консул в Амстердаме пересылал в Министерство иностранных дел. Кто знает, как неохотно представляют правительства в распоряжение лиц, стоящих вне официального аппарата, свой шифр, тот должен сразу понять, каким безграничным доверием пользовались германские социал-демократы у вильгельмовского правительства уже в первые дни мировой войны. В свете этих разоблачений несколько комическое впечатление производят заверения Шейдемана, что руководители германской социал-демократии в момент взрыва мировой войны опасались, что все они будут арестованы германским правительством. Шейдеман рассказывает, что социал-демократы так серьезно считались с возможностью роспуска партии и ареста ее руководителей, что будущий президент республики Эберт и будущий прусский министр-президент Отто Браун бежали в Швейцарию для того, чтобы сохранить хотя бы в своем лице руководство партией. Однако уже 6 августа они вернулись в Берлин: очевидно, и им стало ясно, что, как ни глупа была германская дипломатия того времени, но и она сообразила, что преступлением было бы отказываться от услуг без лести преданных кайзеровской Германии социал-демократов.
Роль германской социал-демократии в мировой войне достаточно известна. Шейдеман свидетельствует, что при всех путешествиях социал-демократов в нейтральные страны они раньше получали инструкции в министерстве иностранных дел и имели, как он выражается, доверительные беседы с руководителями генштаба, неоднократно с самим Людендорфом. Особенно пространные инструкции Шейдеман и его товарищи получали от тогдашнего статс-секретаря по иностранным делам Циммермана перед поездкой в Стокгольм на Международную Социалистическую конференцию. В Стокгольм они поехали, в буквальном смысле слова, как представители германского правительства. Точно так же действовали они при многочисленных попытках добиться сепаратного мира то с Россией, то с Англией, Переговоры с таинственным представителем Англии (в 1916 г.) Шейдеман излагает особенно колоритно: он хочет вызвать у читателя представление, что здесь он действовал на собственный риск и страх, помимо германского правительства. Но, желая прихвастнуть своими связями, он проговаривается, что эти переговоры неожиданно оборвались по указке тогдашнего германского посланника в Копенгагене графа Брокдорфа-Ранцау. Германское правительство платило социал-демократам за эти услуги безграничным доверием: германские канцлеры и министры военного времени постоянно доверительно осведомляли социал-демократических вождей о важнейших политических событиях. В этом смысле социал-демократы находились даже в лучшем положении, чем формально верноподданные буржуазные партии. Ограничимся одним только примером: Шейдеман был все время в курсе переговоров Бюлова в Риме, когда делались отчаянные попытки со стороны Германии удержать Италию от вступления в мировую войну. Точно так же, судя по воспоминаниям Шейдемана, социал-демократы принимали самое активное участие во всех закулисных интригах еще задолго до того, как образованием кабинета Макса Баденского в Германии официально воцарился „парламентский“ режим. Так, например, когда статс-секретарь Циммерман подал в отставку, влиятельный директор департамента министерства иностранных дел Криге вызвал к себе Шейдемана и обратился к нему с просьбой повлиять на канцлера в смысле отклонения отставки Циммермана. Циммерман, который так трогательно жил в согласии с социал-демократией, был, однако, настолько скомпрометирован известными мексиканскими телеграммами, что даже Шейдеман не мог его спасти. Особенно деятельное участие принимали социал-демократы при назначении последних канцлеров, когда кандидаты в канцлеры вплоть до престарелого Бюлова считали необходимым для того, чтобы добиться своего назначения, прежде и раньше всего притти к соглашению с социал-демократическими вожаками. Так, например, сам Шейдеман хвастливо заверяет, что в дни правительственного кризиса, вызванного необходимостью сменить бездарного Михаэлиса, он бегал, как жених на смотрины невест, по нескольку раз в день на свидания с различными кандидатами в канцлеры.