Рим при свете красных фонарей.
Когда, при императоре Августе, проституция уже проникла в Вечный город, Овидий меланхолически заметил:
«Платы не ждет ни корова с быка, ни с коня кобылица,
И не за плату берет ярку влюбленный баран,
Рада лишь женщина взять боевую с мужчины добычу,
За ночь платят лишь ей, можно ее лишь купить!»
В Риме существовало два обширных класса проституток: легальные, зарегистрированные в магистрате проститутки и свободные куртизанки. Легальные проститутки занимались своим ремеслом, как правило, в публичных домах - лупанариях, разных классов. Публичные дома были расположены, главным образом, на окраинах, например, в квартале Субура у Целийского моста и в Эквилинском квартале. Исключение им составляли дорогостоящие аристократические лупанарии, разместившиеся прямо в центре Рима, недалеко от храма Мира.
Народные лупанариии, которые Тертуллиан называет консисториями, представляли собой целый ряд темных комнаток, имевших входную и выходную двери на две улицы. Меблировка такой комнаты ограничивалась тростниковой циновкой или кроватью, занавеской и осветительной лампой, наполненной зловонным маслом. По запаху этого масла, пропитывавшего собой одежду, можно было легко определить побывавшего в этих притонах. На стенах висели грубо сделанные картинки непристойного содержания. У двери консистории был прикреплен указатель в виде Приапа, который красноречиво свидетельствовал о назначении этого дома. Ночью над входом зажигали красный фонарь. Над каждой комнаткой вывешивалась таблица с надписью nuda, когда проститутка была свободна и с надписью occupata, когда проститутка была занята. Тут же была обозначена и плата за ласки. Обычно она составляла от 2 до 8 ассов, при дневном заработке легионера в 10 ассов. Некоторые аристократические лупанарии имели внутренний двор - patio, посреди которого находился фонтан с бассейном или балкон, где собирались обитательницы лупанария в кричащих туалетах с венками из цветов на головах.
Зазывалы (conductores) приглашали клиентов на улице и провожали их в лупанарий. Наряжали, румянили и белили проституток особые служанки - ancillae arnatrices. Другие служанки - aguarioli приносили прохладительные напитки и вино, слуга bacario приносил воду, необходимую для всякого рода гигиенических обмываний. Содержал лупанарий leno, у которого обычно был помощник - villicus. Среди проституток, помимо италиек, было много выходцев из Греции, Египта и Азии. Особым успехом пользовались испанки из Кадикса. Марциал и Ювенал утверждают, что своим искусством они могли возбудить любого.
Когда в лупанарий попадала девственница, фасад лупанария украшали лавровыми ветвями. Девственница стоила значительно дороже и ее покупатель украшался лавровым венком и прославлялся пением и игрой на музыкальных инструментах. Кстати, украшение стен лаврами идет от обычая римлян украшать лавровыми ветвями дверь жилища на следующий день после свадьбы. Похоже, что мнимые девственницы попадались намного чаще, чем подлинные. Луцилий в одной из своих сатир дает новичку такой практический совет: «Бери девушек без всяких гарантий!»
По полицейским правилам проститутки носили особое платье. В отличие от одежды римской матроны, где обнажены были только лицо и руки до локтей, проститутки должны были иметь короткую тунику или тогу с разрезом спереди (togatae). Впоследствии, римские проститутки позаимствовали у азиатских куртизанок платье из прозрачного шелка (sericae vestes) , через которое было видно все тело. В эпоху империи матроны так же усвоили эту моду и свою очередь приняли тот позорный вид, который так возмущал Сенеку. «За большие деньги, - говорил он, - мы покупаем эту материю в отдаленных странах и все это лишь для того, чтобы нашим женам нечего было срывать от своих любовников». Проституткам не разрешалось носить белых лент (vittae tenes), которыми поддерживали прическу девушки и порядочные женщины. Обычно проститутки носили светлый парик или окрашивали волосы в рыжий цвет, а на улице набрасывали на голову капюшон (pelliolum).
Нелегальных проституток (erratica scota) можно было встретить в гостиницах, кабаках, на рынках и в районе Колизея. Нижние этажи булочных, где находились мельницы для помола зерна, также служили приютом для нелегальных проституток. Женщины, занимавшиеся тайной проституцией, т.е. не внесенные в списки эдилов, присуждались к штрафу. Пойманные вторично, они изгонялись из города. От наказания могло избавить поручительство содержателя публичного дома (leno), который узаконивал положение проституток, принимая их в число своих пансионерок.