— Что-то вы не рады, сэр.
— Не спешу радоваться, жизнь научила… Как насчет оружия?
— В пруду нашли железяку. Она сейчас в лаборатории. Но там не очень-то надеются что-нибудь обнаружить. Да, вот еще… Вечером накануне исчезновения Оуэн звонил родственнице и сказал, что его жизнь в опасности.
— Итак, это убийство?
— По-моему, да.
— Но тела нет.
— Вот только это нам и осталось. Найти тело.
— Что ж, надеюсь, оно скоро найдется, иначе всем нам будет худо, — сказал Фенн. — Можете мне поверить.
Кто-то, не сообщая своего имени, написал в полицию, что во вторник после исчезновения Ивена был с подружкой на вершине горы в десяти милях от Кросс-Хэндса и видел, как с лодки сбросили в море что-то тяжелое. По описанию, человек, сидевший в лодке, походил на Брона. Место происшествия было указано с такой точностью, что, поднявшись на вершину, Бродбент словно увидел, где именно волны сомкнулись над чем-то длинным, засунутым в мешок; он сразу же поехал в Милфорд-Хейвен, нанял водолаза и вместе с ним вышел на лодке в море.
Водолаз поглядел на скалы, потом на воду.
— Это что, шутка? Я уже тут был.
— Где тут? В этой бухте?
— Нет, тут. На этом самом месте. Прошлый год подозревали одного ловца омаров, будто он прикончил своего напарника и утопил тело.
— Бывают совпадения, — сказал Бродбент.
— Таких не бывает. Море вон какое большущее. Чего делать, говорите.
— Просто посмотреть, что там внизу.
— Я и так знаю. Девяносто футов воды и тьма, как в Лондоне ночью, да еще в туман. Утесы вышиной с дом да ямины, в каких целый автобус уместится. Вы и впрямь хотите, чтоб я туда нырнул?
— Да, да, затем мы и здесь.
— Что ж, деньги казенные, — сказал водолаз. Он надел резиновый костюм, Бродбент помог ему приладить акваланг, и он ушел под воду.
Брондбент ждал, глотая слюну и насилу подавляя тошноту, а черные дельфины волн проносились мимо, и ветер срывал с них белую пену и хлестал ею в лицо. Гребец с трудом удерживал лодку на одном месте.
Показался водолаз, и Бродбент втащил его в лодку. Тот стянул маску, сплюнул кровью и весь передернулся.
— Ну как там?
— Да я ж вам говорил.
— Никаких следов, ничего?
Водолаз показал на громоздившиеся над ними скалы, похожие на груды исковерканного железа, — огромные глыбы, казалось, вот-вот рухнут в море.
— Внизу то же самое. Можно и не нырять. И так известно. Каменюги по тридцать футов вышиной навалены друг на друга. Я их на ощупь знаю. А разглядеть ничего не разглядишь, тьма кромешная.
— Все равно что искать иголку в стоге сена.
— Да еще под водой, — докончил водолаз.
Следующая экспедиция была снаряжена на вершину Пен-Гофа, роль проводника вынужден был исполнять Эдвардс, которого застигли врасплох за плетением коврика.
— Хорошо, хоть денек выдался погожий, — сказал Бродбент.
Эдвардс оглядел небо, голубое и ясное до самого горизонта. Лишь на вершине горы, точно мяч на носу дрессированного тюленя, с трудом удерживало равновесие крохотное облачко, цветом и формой вылитая жемчужина.
— Да, денек подходящий, — сказал он.
Понадобилось полтора часа, чтобы взобраться на вершину и отыскать указанную осведомителем небольшую пещеру. За это время погода резко изменилась, в полусотне шагов уже ничего не было видно, и под мелким моросящим дождем оба промокли до нитки.
— Давным-давно, когда я был еще мальчишкой, здесь жил отшельник, — сказал Эдвардс.
— Наше счастье, — сказал Бродбент.
В пещере оказался ящик, когда-то служивший столом, и остатки стула, так что удалось развести костер.
— Что мы тут ищем? — спросил Эдвардс.
— По слухам, здесь видели чьи-то кости.
— Вон скелет овцы. И птичий. Может, клушицы. Вот это находка!
Бродбент стоял у выхода из пещеры и глядел, как возникали и таяли причудливые образы, порожденные туманом.
— Чуть просветлело, можно идти.
Были и еще столь же нелепые вылазки, для которых вызывали подкрепления из соседних полицейских участков, и, смотря по тому, как долго помощники эти служили в полиции, они относились к поручению кто с надеждой, а кто равнодушно. Подстегиваемые шумихой, которую подняла вокруг этого дела пресса — о нем сообщили уже и воскресные выпуски лондонских газет, — в Бринарон прибывали все новые и новые наряды полицейских. На площади в двадцать пять квадратных миль выкачали и обследовали все колодцы, иные по два и по три раза. Прошли драгой два небольших озера. Золу сгоревшего непонятно почему сарая тщательно просеяли и подвергли анализу. Занявшись раскопками в наиболее подходящих местах, отрыли несколько ребер и бедро, которое, как оказалось, принадлежало девице лет восемнадцати, погребенной еще в древние кельтские времена.