На улице я прочёл объявление о созыве Конституционного собрания. Я направился на собрание кадетов. Собрание уже шло, когда я туда явился. Было только десять человек, все в возрасте и с опытом работы в городской управе и в земстве. Выступающий говорил о положении их партии, о том, должна ли партия поддерживать союз России с другими странами или страна уже свободна от своих союзнических обязательств. Когда и второй оратор заговорил о том же, я задал вопрос: “Читали ли вы объявление о Конституционном собрании?” Они читали. И оратор продолжал говорить о международном положении и о том, что Россия должна продолжать поддерживать своих союзников. Следующего оратора я перебил, вновь спросив о том, собираются ли кадеты включиться в работу по созданию Конституционного собрания, нового местного правительства. Мне ответили, что сначала нужно решить принципиальные вопросы о линии партии. В конце концов, я сказал, что уже час назад они упустили возможность принять реальное участие в делах города, в формировании нового городского правительства. Я извинился за своё вторжение и настойчивость и сказал, что попытаюсь объединить деловых людей, чтобы сделать что-нибудь полезное для города.
Я пошёл на зерновую биржу и с помощью её секретаря начал собирать членов прежнего комитета по предпринимательству. К полудню мы собрали всех членов исполнительных комитетов наших предпринимательских организаций. Мы понимали, что как группа бизнесменов, мы не может действовать в качестве политической организации, поэтому мы должны что-то предпринимать в сфере экономической деятельности и сотрудничать с новым правительством, чтобы влиять на экономическую сферу.
Прежде всего, мы выбрали группу из пяти человек, которая должна была обратиться в Государственный банк для сотрудничества, целью которого было восстановление работы банков, циркуляции денег, а также нужно было найти способы финансирования борьбы против большевиков.
Было также решено встретиться на следующий день, чтобы обсудить процесс восстановления свободной торговли и обеспечения города продовольствием. Я решил предложить некоторый план действий и работал над ним до самой ночи.
Ситуация с продовольствием в городе была катастрофической. Северные губернии никогда не производили достаточно продовольственных товаров. Но из-за хаоса на железных дорогах поставки продовольствия с юга прекратились. Из деревень посылали людей на добычу зерна и муки, они закупали продовольствие прямо у производителей за любые деньги. Когда они пытались добытое продовольствие погрузить на лодки или поезда, “представители Керенского” отбирали у них всё, как якобы незаконно приобретённое. Среди “закупщиков” даже были случаи самоубийств, так как они были в отчаянии из-за того, что теряли и продовольствие, и доверенные им деньги. Некоторые из ограбленных возвращались в свои деревни, и над ними учиняли самосуд: изгоняли из деревни, отбирали собственность и делили между собой.
Проблема состояла в том, как вернуть зерно на рынок, который полностью замер из-за того, что не было товаров, которые можно было купить на вырученные от продажи зерна деньги.
Я понимал, что ситуация не может быть исправлена усилиями только зерновой биржи. Поэтому я полагал, что необходимо создать “зерновой или хлебный” комитет, в который должны были войти брокеры с зерновой биржи, представители городского правительства, банков, сельских кооперативов, кредитных союзов и так далее. Во главе такого комитета должен был стоять председатель, наделённый правами, данными ему городским правительством. Это должно было быть право отбирать зерно у тех, кто не подчиняется установленным правилам, а также устанавливать закупочные цены на зерно. Комитет должен был иметь право выдавать лицензии на закупку зерна, и все закупщики должны были отчитываться о своих операциях перед комитетом. Это были основные положения моего проекта.
На следующий день наше собрание утвердило этот проект, и я отправился с ним в местное правительство. Пожилые бизнесмены выражали большое сомнение, что рынок будет оживлён, даже если отменят фиксированные цены на зерно. В то же время они обещали полную поддержку комитету, если он будет организован. Поэтому я был делегирован в Конституционное собрание для “проталкивания” нашего проекта. Большинство в этом собрании принадлежало эсерам. Они встретили проект яростным сопротивлением, так как боялись отмены фиксированных цен на продовольствие. Они не понимали, что повышение цен повлечёт за собой приток продовольствия на рынок. После нескольких часов дебатов Вольский, член Комуча (Комитет Учредительного собрания) склонился на мою сторону, и вдвоем мы смогли одолеть сопротивление оппозиции. Формально положительное решение не было объявлено, но мы начали действовать: были разосланы приглашения и назначено время для собрания, на котором должен быть утверждён “хлебный совет”. Через два дня на этом собрании я был избран председателем комитета и достиг полного соглашения по всем вопросам с Вольским, который пообещал поддержать проект создания этого совета.