Через неделю было заседание совета министров, на котором государственный контролёр поставил вопрос о моих якобы незаконных действиях. Он обратил внимание на то, что, когда Пермь была взята нами, я дал деньги на разработку соляных источников. Сейчас Пермь нами оставлена, и кредит, данный на эти разработки, пропал. Он потребовал объяснений от меня. Мой довод был простым: сибирским городам нужна была соль. Затем я сказал, что могу предоставить примеры и других моих противозаконных проступков. Самый тяжёлый из этих проступков состоял в том, что мы закупили зимнюю одежду за два месяца до того, как кредит для этой закупки был одобрен вышестоящими органами. Другой заключался в том, что были потрачены деньги на покупку необходимого продовольствия в Якутске, и на эти траты не было получено соответствующее разрешение. Я всё время оказывался в ситуации, когда мне или нужно было ждать разрешения, или делать то, что не терпело отлагательства. На это главный контролёр только пожал плечами.
Сейчас я хотел бы вернуться на несколько месяцев назад. Где-то в мае один из моих помощников проверял кожевенную промышленность и обнаружил, что только небольшой процент её продукции идёт на пошив обуви для армии. Причина была проста: фиксированные закупочные цены на кожу для армии были такими низкими, что если бы заводы поставляли всю свою продукцию по этим ценам, то через два месяца большинство кожевенных предприятий разорились бы.
Я позвонил генералу Прозорову, он прочёл наш доклад, в котором была информация, подтверждённая Промышленной палатой. Я хотел узнать его мнение, но его ответ удивил меня. Он заявил, что предприниматели получают хорошую прибыль при нынешних ценах, поэтому цифры в докладе нужно лучше проверить. Но это было так, пока рубль был довольно твёрдой валютой. Правительство исчисляло цены на основе информации о тех деньгах, которые были потрачены на производство кожи. Но предприниматели получали свои деньги только через два месяца после продажи своего товара, и инфляция съедала прибыль. На вырученные деньги производители могли купить вдвое меньше сырья, чем раньше.
В течение двух часов я пытался объяснить генералу, что мы должны исчислять объёмы продукции не в рублях, а в фунтах (на вес) или в квадратных метрах. Генерал был очень представительным, и я не мог его переубедить. Было бессмысленно продолжать дисскусию, поэтому я попросил его дать мне инструкции по закупочным ценам на кожу. Указание было таким: исчислять цену на кожу, исходя из стоимости всех затрат на день её доставки и плюс 6% прибыли. Провожая меня к двери, генерал сказал: “Я все-таки думаю, что вы даёте им 300% прибыли, а не шесть.” После этого я уже ничего не понимал.
В то время было принято объяснять все экономические трудности существующей спекуляцией, благодаря которой в города доставлялись все необходимые товары. Доходы спекулянтов были огромными, и они широко пользовались взятками для доставки своих товаров. Мало кто понимал, что экономика страдает, главным образом, от гражданской войны, и спекуляция - лишь следствие этого. Большинство видели в спекуляции дьявола, как виновника всех бед.
Вскоре пришло сообщение, что Генеральный штаб отдал приказ арестовать все товары, не предназначенные изначально для армии, на всём протяжении Великого Сибирского пути. Мне пошли телеграммы и письма от предпринимателей. Я пытался убедить военных отменить этот приказ. Другие министры были погружены в свои заботы, никто мне не мог чем-либо помочь. Остановка продвижения товаров сразу же привела к скачку цен и новой волне спекуляции в городах. Я обратился по этому поводу к Колчаку. Он высказал мнение, что, может быть, этот приказ имеет смысл. Я попытался ему объяснить, что любая торговая сделка в той или иной мере может считаться спекуляцией, так как всегда имеется разница между закупочной и продажной ценами. Законно работающие предприниматели должны получить от правительства поддержку, так как они доставляют населению необходимые для него товары, а задержка с их поставками только на руку спекулянтам. В конце концов адмирал предложил создать группу из двух человек (меня и представителя Генерального штаба), которые бы разобрались с этим.