Непосредственное руководство этим делом Косыгин взял на себя, а контроль за его исполнением поручил своему помощнику А.Г. Карпову. От Госплана в группу вошли заместитель Председателя А.В. Коробов и начальник отдела А.В. Бачурин. Работа группы над совершенствованием системы планирования не носила чисто кабинетный характер. По мере того как выдвигались предложения, они активно обсуждались с директорами предприятий, с работниками науки; выезжали и на места, в крупные центры индустрии с проектом реформирования.
Госплан разработал целый пакет документов, над ними работала специальная комиссия, ей много помогал Косыгин.
На сентябрьском (1965 года) Пленуме ЦК КПСС А.Н. Косыгин выступил с докладом «Об улучшении управления промышленностью, совершенствовании планирования и усилении экономического стимулирования промышленного производства». Согласно плану проведения реформы, инициатором и душой которой был Косыгин, сорок три предприятия перевели на новую систему, с тем чтобы, накапливая опыт, постепенно увеличить число подобных коллективов. Начали с предприятий лёгкой и пищевой промышленности, имея в виду в дальнейшем перевести на новые условия остальные отрасли.
Перестройка руководства промышленностью по отраслям, постепенное внедрение новых методов планирования и экономического стимулирования позволили бы полнее использовать внутренние резервы, повысить эффективность производства, и значит, обеспечить более высокие темпы роста производства продукции. Но, к сожалению, до конца довести реформу Косыгин так и не смог по ряду причин, одной из которых — и главной, на мой взгляд, являлось отсутствие поддержки со стороны большинства членов Политбюро.
Приведу пример. Когда на одном из заседаний в Кремле обсуждалась концепция реформы, Председатель Верховного Совета Подгорный со свойственной ему грубоватостью и недоверчивостью произнёс:
— На кой чёрт нам реформа? Мы плохо развиваемся, что ли?
— Реформа необходима, — возразил ему Косыгин, — темпы развития экономики стали снижаться. Все валовые методы исчерпаны, поэтому надо развязать инициативу, поднять в коллективах интерес к результатам труда.
Но Подгорный напыщенно и напористо отстаивал своё, споря не только с Косыгиным, но и с недостаточно уверенным в необходимости реформы Брежневым, не говоря уже об остальных:
— Если проводить реформу, то к ней нужно тщательно готовиться. Рано проводить, — настаивал Подгорный.
И надо сказать, после его выступления мнения членов Политбюро разделились. Некоторые, так же, как и он, полагали, что в нашем обществе условия для реформы ещё не созрели.
И всё же, несмотря на прохладное отношение к реформам части членов Политбюро, ряд мероприятий, проведённых в то время, имел важное значение: существенно возросли права предприятий, сократилось число плановых показателей, стал учитываться фактор роста прибыли, повысилась материальная заинтересованность в результатах труда за счёт введения годовых премий (так называемая «тринадцатая зарплата») и общего увеличения премий из фонда поощрения, формируемого из прибыли.
Оценивая реформу 1965 года, следует отметить, что она не коснулась в должной мере основного фактора интенсификации общественного производства — научно-технического прогресса, а ограничилась мобилизацией ресурсов, лежащих на поверхности. Да, тогда официально покончили с «валом», за основу планирования взяли объем реализуемой продукции, стали стимулировать высокое качество, повысили роль договоров о поставках продукции. Однако необходимых условий для устойчивого и динамичного подъёма производства на основе технического прогресса не создавали. В остальном всё оставалось по-старому, с использованием прежней техники и тех же принципов. Поэтому можно лишь гадать, что было бы, если бы тогда удалось реализовать совместный план ГКНТ и Академии наук СССР по внедрению сугубо приоритетных научных программ. К сожалению, и сегодня эта проблема не решена.
В чём же причина неудачи реформы? Причина, я считаю, не единственная. Прежде всего, неправильнобыл решён вопрос о разграничении функций государства, его центра, с одной стороны, министерств и республик — с другой. На практике это привело к тому, что средства, доходная часть бюджета ушли на предприятия, а расходы остались за государством. И план первого года реформы нёс в себе этот недостаток: финансы были сбалансированы нормально, а госбюджет свести без дефицита за счёт текущих средств не удалось.
Проанализировав состояние отраслевой экономики, Косыгин пришёл к выводу, что, предоставив предприятиям право свободно маневрировать ресурсами, мы не сумели наладить должный контроль за их использованием. В итоге заработная плата росла быстрее, чем производительность труда. Пришлось пойти на временное, как нам казалось, заимствование средств для покрытия расходов госбюджета из доходов предприятий. Но, позаимствовав один раз, остановиться уже не смогли...