— Я хотела поехать в кафе, чтобы увидеть тебя. И ещё раз поздравить с победой. И, конечно же, повидаться с Макаром. — при воспоминании о брате моя улыбка, сошла на нет.
— Вот и отлично! Я как раз приехал за тобой, — мужчина взял меня за руку и повёл к автомобилю. — Поехали, нас уже ждут.
21 Глава
На город медленно опускались вечерние сумерки. Повсюду загорались огни. Погружая столицу в новый мир, где царит веселье и разврат.
Уже вскоре мы припарковались перед кафе. Я выбралась с пассажирского сидения, и у меня дух захватило от такой красоты.
К зданием кафе вела единственная дорожка, и весь газон был усыпан роскошными клумбами. Вдоль окон террасы, где расположились ребята, свисали цветы в горшочках, дополняя композицию снаружи.
— Ну что, идём? — спросил молодой человек.
— Идём, — набрав в лёгкие больше воздуха, отозвалась я.
Поднявшись на террасу, направилась к шумной компании, где празднование шло полным ходом. Я уверенной походкой последовала за ним, лавируя между столиками, продвигаясь вглубь зала.
— Ну, наконец то ты явился, Абрамов! — завидев его, выкрикнул кто-то из толпы. Оказавшись в кругу друзей, на Тимура отовсюду посыпались поздравления. — Пацаны, налейте ему штрафную! — выкрикнул тот же голос. Через секунду в руке Абрамова оказался стакан светлого пива.
— Пей, пей, пей! — Тимуру ничего не оставалось, как осушить свой стакан. Я стояла в стороне, наблюдая за этой картиной. И улыбка сама собой украсила мои губы.
— Может, представишь нам свою прелестную спутницу, — донеслось вдруг, и несколько пар глаз обратили на меня внимание.
— Угомонись, Стасян. Это девушка нашего чемпиона, — пробасил крупный мужчина с противоположного конца стола.
— Ну, блин. Везёт же кому-то, — в голосе того самого Стаса послышались нотки разочарования. — Пойду напьюсь! — парень залпом опрокинул свой стакан, и вся компания взорвалась громким смехом.
— Не переживай, Стас, и на твоей улице наступит праздник, — хлопнув его по плечу, хохотнул Абрамов.
Заняв место за столом, я чувствовала себя расслабленно, ведь рядом был любимый мужчина. Рядом с ним чувствовала себя в безопасности. Ребята оказались весёлыми, открытыми для общения. Тут и там звучали шутки, истории из жизни ребят, и алкоголь лился рекой.
Тимур следил за тем, чтоб моя тарелка всегда была полной. Пару раз наполнял бокал. Всë было хорошо, но мысль о брате не давала покою. Если бы только он был рядом и вместе со всеми праздновал победу друга. Я была бы самой счастливой на земле.
— Милая, я отойду ненадолго, мне кое с кем поговорить нужно, — предупредил Тимур, чмокнул в весовой и вышел из-за стола.
Когда любимый скрылся из виду, я достала из сумочки сотовый и попробовала набрать брату. В надежде услышать его голос. В трубке послышались гудки, но никто не отвечал. В голове калейдоскопом мелькали мысли: когда же мы сможем всë обсудить и жить как раньше. Обедать всей семьи, смотреть телевизор по вечерам, обсуждая очередной сериал, или просто болтать ни о чем.
Моë настроение дало крен.
Просидев так четверть часа и слушая в пол уха пьяную болтовню. Я всë же решилась, покинув шумное застолье, и направилась в дамскую комнату. Сделав свои дела, ополоснула руки и прижала холодные ладони к щекам. Возвращаясь, поняла, что Абрамов так и не вернулся. И начала беспокоиться. Куда же он подевался? Я свернула к выходу и медленно шагала по вымощенной дорожке. Направилась к парковке.
Вдалеке послышались чьи-то голоса. Именно в той стороне Тимур припарковал свой кроссовер. Я направилась туда, и с каждым шагом моë сердце отдавало громкий стук.
Потом я увидела два больших силуэта. Голоса стали всë отчëтливее, и я поняла, что это были Макар с Тимуром. Сперва я была рада появлению брата, но чем ближе я подходила, тем больше их разговор походил на ссору. Они о чëм-то спорили на повышенных тонах.
Мои шаги замедлялись. Я прислушивалась к каждому брошенному слову мужчин.
— Я тебя предупреждал, кажется, не приближаться к Кире, — цедил сквозь зубы Жданов. — А ты что сделал? Затащить еë в койку! Теперь сюда привёл?
— Я люблю еë, — ровным тоном произносит Абрамов. — Давно люблю. Ещë когда таскал других девок в койку, чтобы только не сорваться и не тронуть еë.