— Как, если ваша связь — темная?
Я слетел с кровати. Неужели правда? Дверь отлетела в сторону, а бледное лицо Наариэн ответило лучше любых слов.
— Где он? Что стряслось? — Едва удержался, чтобы не встряхнуть её, чтобы отвечала быстрее.
— В лекарском крыле. Проклятие. Твоя кровь его замедлила, но не остановила.
Да что за день-то такой? Вспомнился похожий почти два месяца назад, когда чудом вытащил Ника с того света. Неужели придется снова? Придется. Иначе Наариэн бы меня не позвала.
В лечебное крыло я не вошел — влетел. Над койкой Ника уже стояли целители — три профессора, которые пытались рассмотреть то самое проклятие, чуть не лишившее жизни моего брата. Сам Ник тяжело дышал, но оставался в сознании.
— Эрин… — Просипел он.
— Тише. — Опустил руку ему на лоб. Пульсация чужой энергии тут же ударила в ладонь. — Кто это был?
— Не знаю… Девчонка…
— Девчонка? Вот еще новости. — Сосредоточился и перешел на внутреннее зрение. Увиденное не порадовало. Гигантский спрут из чужой энергии расположился в области сердца. Нет, не энергии. Энергий. Здесь явно поработали двое, причем — светлый и темный маги. Но виновного найду потом. Сначала — жизнь Ника.
— Мы тут не справимся, ваше темнейшество. — Развели руками целители.
— Среди вас есть специалисты по темным проклятиям? — Спросил строже, чем хотел, и все трое упали на колени.
— Давай я попробую. — О присутствии бабули я как-то забыл.
— Тогда все остальные — вон!
Профессора исчезли, даже не став спорить. Какие сегодня все сговорчивые.
— Ты просто страшен в гневе, мальчик мой. — Наариэн словно прочитала мои мысли. — Говори, что делать.
— Ты тащишь нити темного проклятия, я — светлого.
Руки слегка подрагивали, но не время поддаваться эмоциям. Узнаю, кто это сделал — убью. Придушу лично, кем бы он ни был. Вцепился в светлые нити, которые с каждой минутой становились все толще, и потянул. Боялся, что после исцеления фейри не хватит света, но магия восстановилась быстро — куда быстрее, чем восстанавливалась тьма. Ник застонал.
— Потерпи. — Попросил я. — Скоро все закончится.
И потянул сильнее, глядя, как Наариэн повторяет мои действия, только с темным заклятием. Поначалу получалось скверно — все-таки я только начинал овладевать светом. Но потом дело пошло быстрее. Последняя магическая нить — и проклятие пало.
Я устало опустился на пол. Этот день вымотал меня, выжал так, что едва держался на ногах. И будь моя воля, уснул бы прямо здесь, на полу.
— Эрин, как ты? — Наариэн склонилась надо мной.
— Лучше скажи, как Ник. — Ответил хрипло.
— Проклятие мы сняли. Теперь дело за целителями.
— Позови их.
Профессора появились в дверях. Они выглядели перепуганными насмерть. Конечно, не каждый день у вас на руках пытается умереть брат темного властелина, наследный принц Тервина, а вы и не знаете, что за проклятие его убивает.
— За Ника отвечаете головой. — Сказал им. — Хоть кто-то приблизится к брату — прикажу казнить всех, не разбираясь, кто виноват.
И казню. Потому что надоело быть для всех хорошим. Ни до чего доброго не довело. А довело до того, что даже друзья начали вытирать об меня ноги. Нет, больше ни за что не совершу ту же ошибку. Никому нельзя доверять.
— Будет сделано, ваше темнейшество.
Такой ответ меня устраивал. Я в последний раз взглянул на брата, убедился, что с ним все будет в порядке, и вышел в коридор. Нет, что-то тут не так. Не бывает, чтобы неприятности сами по себе валили, как из рога изобилия. Но разве можно заставить кого-то ссориться с другом? Или ненавидеть вместо любви? Нельзя. Такой магии в Тервине нет.
— Эрин! — Догнала меня Наариэн. — Эрин, подожди.
— Не желаю ждать. — Обернулся к ней. — Не желаю и не буду. Раз вам так неприятно мое общество, не приближайтесь ко мне.
— Что ты такое говоришь? — Удивленно переспросила эльфийка.
— Правду. Хватит разыгрывать дружбу. Признайте, наконец: я просто вам нужен для достижения каких-то личных целей. И если завтра меня не станет, вы просто расстроитесь, что упустили свой шанс. Так вот, я больше не буду плясать под чужую дудку. Я — не мальчик на побегушках, а правитель этой страны. И попрошу относиться подобающе.
— Я поняла… — Наариэн опустила голову, и сердце кольнул стыд. — Ты слишком устал. Отдохни, не стану тебе мешать.
И пошла прочь. А я прислонился спиной к стене. Надо найти причину. Причину того, что происходит со мной. С ними. Со всеми. Да, прощения все равно не будет, но я хочу знать, почему все сложилось именно так.