— Шун, а ты сможешь выбраться в то окошко? — тихо спросил Арт.
— Ри, — подтвердил шишига.
— И куда ты хочешь его отправить? — поинтересовался я. — Там зима. До Тервина — пять дней пути. Пять, Арт! И не пешком! Шун просто в снегах затеряется.
— Тебя ищут, я уверен. — Арт отвел взгляд. — Но откуда они знают, где искать? Если Шун не приведет подмогу, мы обречены, Эрин.
— Нет, должен быть какой-то выход, и я его найду.
— Эрин, я его пять лет искал. И только случай помог. Второй раз так не повезет. У тебя нет пяти лет. Ты же слышал.
Я покосился на Шуна. Шишига внимательно изучал меня глазками-бусинками. Отправить малыша искать подмогу? Да он пропадет! Хотя, он и так пропадет, если я умру. Фамильяры не живут без тех, кому принадлежат.
— Малыш, ты справишься? — спросил у Шуна.
— Ри. — Тот подпрыгнул. — На-ри-ри?
— И я справлюсь, — пообещал шишиге. — Иди.
Пришлось подсадить Арта, чтобы тот выпустил шишигу в окошко. Шун едва протиснулся между железными прутьями.
— На-ри? — Заглянул в темницу с той стороны.
— Иди!
Шишига исчез, а я сел обратно. Да, бабуля, ты никогда не приходишь ко мне зря. И если бы у кого-то было чуть меньше самоуверенности, ничего бы не случилось. Сам виноват!
Так, сколько раз я уже прощался с жизнью? Много. Удалось врагам меня погубить? Нет. И сейчас не удастся. Надо только придумать план. Простой и неожиданный.
— Слушай, Арт, на тебе же браслета нет, — заметил я.
— Нет, и что? — устало спросил фейри.
— Значит, твоя магия с тобой?
— Моя магия без крыльев — пшик, Эрин. Поэтому Лейфер их и забрал. Испугался, что я сильнее его. И рано или поздно до него доберусь.
— А ты сильнее? — С сомнением покосился на фейри.
— Не веришь? Зря.
И все-таки, сколько фейка мне недоговаривает? И что из сказанного вообще было правдой? Что за нелепую игру он ведет?
— Но хотя бы мелкие заклятия применить сможешь?
— Мелкие — смогу, — кивнул Арт. — Если Лейфера рядом не будет.
— Тогда так. Дверь откроется — я с места не сдвинусь. Пусть охранники входят в темницу. Ты применяешь на них любое заклинание — хоть свет в глаза пускай. И затем полагаемся на мою физическую силу. Глядишь, и скручу их.
— Глупо, — эхом откликнулся Арт.
— Есть варианты лучше?
— Нет.
Он прикрыл глаза, сел и откинулся спиной на стену. Будто бы ему безразлично. После недавней чуть ли не истерики выглядело дико. Как бы рассудком фейка не тронулся.
— Тогда пробуем, — я решил за нас обоих. — Лейфер еще пожалеет, что с нами связался.
Долго ждать не пришлось. По коридору загромыхали тяжелые шаги. По мою душу явились. Интересно, Арта со мной потащат? Или здесь оставят?
— Готовься, фейка, — скомандовал я.
Дверь открылась.
— Иди сюда, темный, — потребовал охранник. У него за спиной виднелись еще трое.
— Еще чего, — фыркнул я, и незадачливый стражник шагнул в камеру. Стоило протянуть ко мне руку — и Арт ударил. Яркая вспышка света в полумраке ослепляла. Стражник отшатнулся, а я схватил его и приложил головой об стену. Арт применил к нему обездвиживающее заклинание. Молодчина!
Остальные оказались умнее и ударили в меня заклинаниями. Артиан выставил щит, отбивая чужую атаку, а я затащил их в камеру и изо всех сил стукнул лбами. Отдохните, ребята. А вот четвертый рванул прочь. Нет, нельзя его отпускать! Поднимет тревогу. Я кинулся за ним, но стоило переступить порог темницы, как в меня полетел огненный сгусток. Стихийник, будь он проклят. Тело среагировало раньше разума — упал на пол и перекатился, пока маг меня не достал. Но тот оказался сильным, выставил щиты, чтобы не подпустить ближе, и вызывал заклинания одно за другим. От трех я увернулся, четвертое отбил Арт. А пятое накрыло нас обоих.
Я очнулся на полу. Надо мной склонились четыре отвратительные рожи. Схватили за руки, за ноги и потащили прочь. Тьма! Попался-таки. Ничего, это первая попытка, но не последняя. Правда, когда меня втащили в серое помещение без окон, в котором из мебели было только жутковатое приспособление, похожее то ли на дыбу, то ли на стол, стало как-то не по себе. Стражи прочно закрепили руки и ноги, чтобы случайно не придушил Лейфера, и ушли.
Страх поднял голову, напоминая, что я не бессмертен. Мысленно ответил страху, что вряд ли будет хуже, чем когда сгорал от собственного света во время войны. Или когда меня пытались отравить. Список «или» можно было продолжать до бесконечности. Раздались шаги — на этот раз, похоже, Лейфера. Заскрежетали петли, и приспособление, а вместе с ним и я, переместились в вертикальное положение, чтобы мог видеть довольную физиономию этого горе-исследователя.