Гости расселись в большой гостиной, обставленной массивной темной мебелью. Вечерний свет едва проникал сюда сквозь тяжелые шторы, и от этого лица присутствующих казались бледными и неживыми.
— Что же привело вас ко мне, ваше величество? — спросил Лейфер.
— Как и сказал, дело. — Ренарен внимательно наблюдал за хозяином. — Мы ищем двух путешественников, темного и фейри. И все говорит о том, что они направлялись в сторону Лейфера.
— А, эти двое! — Лицо Лейфера просияло. — Да, они были здесь дня три назад. Останавливались у меня на ночлег. Правда, дольше задерживаться не стали. Молодые люди спешили. Говорили, у них дела в Браветисе.
В Браветисе? Ник едва не взвыл. Неужели и здесь не догнали? Три дня? Насколько же Эрин их опередил? Надо двигаться быстрее. Но ответ Ренарена пригвоздил его к месту:
— Темнеет. Пожалуй, мы заночуем в вашем замке, а утром продолжим путь.
— Окажите честь, ваше величество, — ответил Лейфер, хотя Нику показалось, что тот недоволен. — Я уже приказал готовить комнаты. А сейчас разделите со мной скромный ужин.
Тьма беспросветная! Еще и ужин. Но пришлось набраться терпения. Впрочем, Ник заметил, что не только он едва притронулся к еде. Кай тоже пил одну воду. Лави и Лайла едва проглотили немного салата, а Наариэн и Элион вовсе сидели перед полными тарелками с таким видом, будто перед ними — змея. А Ренарен продолжал светскую беседу. Интересовался летними урожаями и планами на зиму. Вот еще демон!
Когда ужин закончился и гостей повели в комнаты, Ник заметил, что их поселили далеко друг от друга. Странно. Он переглянулся с друзьями. Те тоже казались удивленными.
— Я скоро приду, — шепнул ему Кай, и Ник понял, что не только его настораживает Лейфер.
Комната оказалась безумно похожей на гостиную. Та же тяжелая мебель темных тонов, алая обивка стен, кровать под коричневым балдахином. И гнетущая, тягостная атмосфера. Ник едва успел вымыться и переодеться, когда в двери постучали, и на пороге появился Кай.
— Что думаешь? — спросил он, плотно прикрывая дверь.
— Думаю, что наш хозяин лжет, — ответил Ник. — Он что-то недоговаривает. Я чувствую, что Эрин близко.
— Я бы тоже не стал ему доверять. Поэтому предлагаю обыскать замок. Наариэн и Элион уже занялись своей половиной. А мы с тобой осмотрим все в этом крыле. Если что, всегда можно сказать, что заблудились в замковых коридорах. Идем.
Ник выскользнул из комнаты следом за Каем. Как ни странно, в коридорах было пусто. Не суетились слуги, не гремела сапогами стража. Тишина, прерываемая лишь криками ночных птиц, доносившихся с улицы. Ник шел быстро, прислушиваясь к печати. А Кай прикрыл глаза, будто старался разглядеть что-то, недоступное взгляду. И вдруг Ник почувствовал зов. Нет, не Эрина. Это было нечто иное. Как дуновение ветерка, наполненного тоской и болью.
— Кай, — схватил демона за руку, — за мной.
Они свернули на узкую лесенку, которую с первого взгляда и не заметишь. Внизу послышались голоса.
— Стража, — сказал Кайен.
— Что-то же они там охраняют, — прошептал Ник. — Избавимся от них?
— Да, другого выхода нет. Идем.
Они налетели на стражников двумя безмолвными тенями. Те не успели ни защититься, ни применить магию. Ник сразу перехватил им горло заклинанием, а Кай наложил демонические печати, чтобы два неподвижных тела осталось на полу. Ник толкнул низкую дверь, скрывавшуюся за их спинами. На мгновение мелькнула надежда, что там он увидит брата. Но мгновенно пропала, а желудок возрадовался, что еды в нем не было. Вдоль узкой комнаты с низким потолком высились стеллажи, уставленные склянками, а в них в мутных растворах — почки, сердца, пальцы, уши, языки… Безумие какое-то! Откуда здесь столько частей тел?
— Т-с-с. — Кай приложил палец к губам. — Слышишь? Кто-то плачет.
Ник прислушался. Из угла действительно доносилось едва уловимое хныканье. Так мог бы плакать ребенок. Никеас рванул туда — и увидел небольшую клетку, на дне которой неподвижно лежал Шун.
— Да чтоб мне провалиться в бездну! — Воскликнул он. — Кай, взгляни.
Но демон не желал смотреть. Он уже сшиб с клетки замки, отворил дверцу и достал израненного шишигу. Тот настолько уменьшился в размерах, что легко помещался на ладони.