— Я и так его найду! Способ! — Выкрикнул Лейфер мне в лицо. Его губы побелели от страха, а Арт вмешался:
— Эрин, дверь пытаются отворить.
— Я быстро, — пообещал фейке. — Итак, твой выбор.
— Эрре данире каре ту, — одними губами прошептал Лейфер.
Арт растерянно прикоснулся к тому месту, где совсем недавно была метка.
— Её нет, — изумленно прошептал фейри. — Эрин…
— Тс-с, не мешай, — остановил его. — Я почти закончил. Что ж, Лейфер, ты оказался трусом. Но я держу слово.
И нараспев произнес заклинание, буквально только что пришедшее в голову. Первый удар обрушился на дверь. Одновременно с ним завопил Лейфер. Он кричал, не замолкая ни на секунду, а я произнес:
— Печать. Вирте. Сейчас у тебя внутри все кипит, отсюда и боль. Ты — демон, демоны от этого не умирают. Есть лишь один нюанс, Лейфер. Боль будет вечной.
— Ты… обещал… — испуганно проблеял палач.
— Ах, да! Проклятие падет, если ты искренне раскаешься во всех преступлениях и исправишься. Но ведь этого не будет никогда, правда? — Я вгляделся в искаженное ненавистью и болью лицо. Терпи, палач. Твоя пытка не закончится никогда.
Глава 26. Что решит властелин?
Мы с Артом возвращались обратно в комнату. Фейри нервно кусал губы — и, кажется, сам этого не замечал. Он получил желанную месть. Так почему нервничает? Разве не для этого все затевалось? А я уже предвкушал момент, когда смогу хотя бы прилечь, потому что, вроде бы, восстановился полностью, но новый всплеск магии напомнил, что не так давно мое тело находилось на грани жизни и смерти. И сейчас к новым подвигам никак не было готово. Поэтому дверь спальни казалась как никогда желанной и близкой.
— Эрин… — пробормотал Арт.
— Что? — Я ввалился в комнату и рухнул на кровать. Во тьму приличия, я могу разговаривать и лежа.
— Послушай, я тут подумал… Может, забудем про крылья?
— И все зря? — Я даже приподнялся. — Нет, Артиан. Пока не достанем крылья — не отступим.
— Я не поеду.
— Кто тебя спрашивать будет? Ничего, твой отец же тебе не враг. Где его можно найти?
Арт молчал. Я понимал, что какую-то информацию о его родителе из фейри придется вытаскивать клещами. Либо обратиться к Ренарену. Уж он-то точно знает, откуда в Демониуме завелись фейри. А пока что сделаю вид, будто угомонился.
— Ладно, решай сам, — сказал фейке. — Тем более, время есть. Еще пару дней мне дорога точно противопоказана, хоть я предпочел бы покинуть этот замок как можно быстрее.
Арт намек понял, потому что поторопился попрощаться и шмыгнул за дверь. Я закрыл глаза. Сон, который звал и манил меня пару минут назад, вдруг так же внезапно испарился. Пытался уснуть — и не мог. Вертелся с боку на бок, пока, наконец, не провалился в подобие полудремы. Только и там не было покоя. Вместо снов или хотя бы иллюзии покоя — жуткие видения. Я снова видел себя в пыточной Лейфера, только на этот раз понимал, что не выберусь. Проснулся от собственного крика. Светильник погас, за окнами было темно, поэтому на мгновение почудилось, что это был не сон. По лбу градом катился пот. Я задыхался, судорожно пытаясь унять стук в висках и груди.
— Эрин? — Входная дверь приоткрылась. — Эрин, дорогой, что случилось?
К кровати тенью метнулась Лайла. Видимо, была где-то неподалеку. Я пытался ей ответить — и не мог. Горло будто обожгло.
— Тише. — Теплые руки опустились на плечи. — Это всего лишь сон, любимый. Страшный сон, не более того.
Прижался к Лайлиэль, вдыхая исходивший от неё цветочный аромат. Пульс успокаивался, мир вокруг обретал ясность. Каким жалким я, наверное, выгляжу. От одной этой мысли стало тошно. Докатился! Мало того, что угодил в ловушку, так еще и не могу взять себя в руки.
— Успокойся, — шептала Лайла, обнимая меня и невесомо целуя. — Все хорошо. Скоро мы вернемся в Тервин, и ты забудешь об этих днях.
— Думаешь, я сумею забыть? — отстранился, заглянул в лицо любимой, едва различимое в полумраке.
— Совсем — нет. Но часть воспоминаний сотрется. Время стирает все, Эрин.
Я коснулся губами губ Лайлы. Она была нужна мне. Нужнее, чем кто бы то ни было сейчас. Я цеплялся за неё, как за луч света, способный вывести меня из тьмы. Вся злость и обиды исчезли. Осталась только бесконечная пустота внутри и искорка тепла — любовь к Лайле. Да, между нами не бушевали страсти, но само её присутствие помогало обрести утерянное равновесие и поверить, что я обязательно справлюсь.
— Хочешь, я останусь с тобой?